Дырка для ордена стр. 237
шлагбаум, за ним зеленые брезентовые палатки, расставленные по периметру квадратной поляны, расчерченной посыпанными песком дорожками. Нечто вроде лагерей на берегу Сенгилеевского озера, в которые на весну и лето выезжали курсанты Ставропольского училища. Вон и грибок для часового рядом со шлагбаумом.
А еще вчера днем здесь была лишь густая и высокая трава, пестрящая желтыми цветами одуванчиков.
Посреди поляны возвышалась мачта из полуторадюймовых труб, на вершине которой трепыхался выцветший красный флаг.
А над длинным деревянным стендом рядом с самой большой палаткой била в глаза надпись, собранная из фанерных алых букв: «Пионеры Ставрополья приветствуют ХVI съезд ВЛКСМ!»
Нет, совсем уже ерунда какая-то! Пионеры. Это либо освоители американских прерий, либо солдаты саперных войск времен Николая Первого.
Ни тем, ни другим нечего делать в курортной зоне Пятигорска, и уж тем более – приветствовать аж шестнадцатый съезд не пойми чего..
И в то же время реально и убедительно до ужаса.
Он не успел ни додумать мысль до конца, ни предпринять каких-то действий, как все кончилось.
Снова подвал, люди, изобретатель, потирающий левой рукой ушибленную правую.
– Вы где были? – спрашивает Маштаков, пристально глядя на Тарханова. – Вы где-нибудь сейчас были?
Окружающие смотрели на них с недоумением. И Тарханов догадался, что для всех прочих, кроме изобретателя, он никуда не исчезал.
– Только без шуточек, хорошо? – Он указал стволом автомата, куда Маштакову нужно отойти. – Мы это обсудим отдельно. Что-то у вас не сработало.
– Наоборот. Все сработало, и все теперь мне окончательно ясно. Вы даже не представляете..
– Представляю, – резко ответил Тарханов, просто чтобы не давать противнику лишних козырей. – Куда больше вашего представляю. Рассказывайте, как и в каком порядке все это разбирать, чтобы в Москве собрать в работоспособном виде.
– В чем дело? – спросил его Кедров, когда работа пошла, а сам Сергей отошел к двери и закурил. – О чем вы говорили?
– Да так. Эта машинка умеет воздействовать на психику. Я оказался к ней слишком близко.
А ты ничего не почувствовал?
– Совершенно. Он протянул руку, ты его ударил. Он зашипел, матернулся и спросил, где ты был. Я думал, это у него крыша поехала.
– Ага, – удовлетворенно кивнул Тарханов. – Никакой расстыковки по времени не было?
– Я же говорю, нет. Разве только.. Ну, может, мне показалось. Удар ты как-то слишком четко зафиксировал. Словно на показательных. Ударил, задержал руку в крайней позиции, потом вернул обратно.
– На полсекунды?
– Да, может, на полсекунды. Вряд ли дольше.
Меньше чем за час все содержимое мастерской и лаборатории под присмотром Маштакова и отрядного инженера погрузили в две военные санитарные машины. Изобретатель заодно попросил забрать и технические книги из его библиотеки.
– Вдруг у вас не окажется возможности предоставить мне аналогичный комплект. Здесь есть настоящие раритеты, тем более с моими заметками.
– Надеетесь, вам еще придется заниматься науками? – осведомился Кедров, которому явно не нравилось, что он не понимает в происходящем чего-то очень важного.
– Обязательно. Куда вы без меня денетесь?
– Ну-ну, – без особой, впрочем, уверенности произнес кавторанг.
– Займитесь обеспечением отхода, – предложил ему Тарханов. – Черт его знает, вдруг отсутствие звонка от того ресторанного придурка – тоже сигнал тревоги.
– А теперь – давайте, – скомандовал Сергей, когда все было готово и изобретателя тоже посадили в машину, защелкнув, на всякий случай, на запястьях