Дышите… Не дышите стр. 3
она считалась менее важной.
– Как, несмотря на то что мы заселили все три планеты?
– Откуда нам было знать? Никто здесь раньше не пролетал.
– Теперь знаете, – зловеще пробормотал Экстер.
– Знает только он, – поправил Паламин. – И чем дольше не узнают, тем лучше для нас. Когда чуждая форма жизни сует свое рыло в нашу систему, нам нужно время, чтобы собраться с силами.
Все одобрительно закивали.
– Так вот каков ваш образ мышления, – задумчиво протянул Тейлор.
– Что ты имеешь в виду?
– Вы полагаете само собой разумеющимся, что встреча должна вести к столкновению, а затем и к войне.
– Мы были бы первостатейными дураками, если бы думали по-другому и позволили захватить себя врасплох, – подчеркнул Паламин.
Тейлор вздохнул:
– Ныне мы укрепились на сотне планет без единой битвы. Потому что мы не лезем туда, где нас не хотят видеть.
– Представляю себе, – саркастически откликнулся Паламин. – Вам говорят убирайтесь, и вы любезно сматываетесь. Это противоречит инстинкту.
– Вашему инстинкту, – возразил Тейлор. – Мы не видим смысла тратить время и деньги на межзвездную войну, когда можно потратить и то, и другое на исследование и развитие.
– Так, значит, в вашем флоте нет боевых кораблей?
– Конечно же есть.
– И много?
– Хватит, чтобы справиться с вами.
– Пацифисты, вооруженные до зубов, – объявил Паламин остальным. Те понимающе улыбнулись.
– Лжецы всегда непоследовательны, – произнес Экстер с апломбом. Он уставился каменным взглядом на пленника.
– Если вы так заботливо избегаете неприятностей, то зачем вам нужны боевые корабли?
– Потому что у нас нет гарантий, что вся Вселенная разделяет нашу политику: живи сам и давай жить другим.
– Объясни подробнее.
– Мы никому не досаждаем. Но когда-нибудь кому-нибудь может прийти в голову досадить нам.
– Тогда вы начинаете войну?
– Нет. Начнет войну другие. Мы ее выиграем.
– Чистейшая уловка, – сказал Экстер Паламину и остальным. – Эта технология непонятна разве что идиоту. Они заселили сотню планет. На большинстве планет никакого сопротивления не было, потому что некому было сопротивляться. На других – туземцы, слабые и отсталые, они знают, что их борьба обречена на поражение, потому и не борются. Но на любой планете, достаточно сильной и решившей сопротивляться, – такой, например, как Гомбар – земляне быстренько примут сопротивление за недозволенное вмешательство в свои дела. Они начнут утверждать, что им угрожают. И это будет их моральным оправданием войны.
Паламин взглянул на Тейлора.
– Что скажешь на это?
Выразительно пожав плечами, Тейлор сказал:
– Политический цинизм такого сорта давно устарел там, откуда я прилетел. Ничем не могу помочь, раз уж вы отстали от нас
в умственном развитии на десять тысяч лет.
– Мы собираемся сидеть здесь и позволять пленнику в цепях оскорблять нас? – гневно обратился Экстер к Паламину. – Предлагаю казнить его и всем разойтись по домам. Я например по горло сыт пустой болтовней.
– Я тоже, – согласился один из гомбариан; он выглядел закоренелым подхалимом.
– Терпение, – посоветовал Паламин, а потом обратился к Тейлору: – Ты утверждаешь, что тебе было приказано исследовать двойную систему Хплора и Риди?
– Если ты имеешь в виду ближайшую двойную звезду, то да. Таково было мое предписанное направление.
– Предположим, вместо этого тебе бы сказали изучить нашу Гомбарианскую систему. Как бы