Джагер стр. 318
дыра – вход в нору.
– Далеко нам топать еще? – спросил он, подойдя к Юлу.
– Не очень. – Следопыт присел, потрогал рельс. – Думал, доедем…
– Как доедем? – удивился Оглобля.
Следопыт выпрямился, шмыгнул перебитым носом.
– Тут тележки должны были стоять, мы на них ящики с чензиром всегда грузили. Коленом на задок встаешь, ногой от земли толкаешься и катишь до самой Нарочи по рельсам.
– Шумит че-то. – Оглобля насторожился, скинул с плеча винтовку. – Вода как бы льется, слышишь?
– То речка бурлит подземная.
– А тоннель не затопит? А то я плавать не мастак.
– Не затопит, она ниже уровнем течет и за Нарочью из земли водопадом в овраг льется.
– Вот оно как. А над нами че сейчас?
Юл посмотрел вверх, помолчал.
– Лес. В нем симбиоты живут. Про пастухов-бедуинов слыхал?
Оглобля кивнул.
– Вот мы за их поселением и выйдем на поверхность.
– Угу, ясно.
Забыв про рану, Оглобля почесал лысину и охнул. Ильмар с Калебом покосились на него.
– Дай гляну. Наклонись, – велел Юл.
– А сюда пастухи не сунутся? – нагибаясь, спросил башмачник. – Я слыхал, живучие они твари, завалить одного – целое дело.
– Живучие. – Следопыт достал пузырек и присыпал ожог на лысой голове. – Но к некрозу их тянет. А под землей некроза нет, так что нечего им тут делать.
– Понял, – сказал Оглобля, выпрямляясь. – А это что за надпись?
Он указал стволом винтовки на полустертые буквы и стрелку под ними, намалеванную на стене особой краской. Оглобля ее сразу приметил, как в тоннеле оказались. Буквы тогда видны не были, а вот стрелка слабо светилась, а когда Юл с факелом подошел ближе, она проступила еще ярче.
– Похоже, фосвором намазана, – добавил Оглобля.
– Фосфором, – поправил Юл. – Указатель это. Значит, Трон там какой-то… – Следопыт махнул рукой в сторону, куда смотрела стрелка.
– Что?! Как ты сказал? – крикнул Ильмар и, забыв про усталость, в два прыжка оказался рядом. – Где указатель?
Он вырвал у него факел, шагнул к стене.
– Трон. Тактический… рай… район… ос… осо… – прочел атаман. – Не видать дальше. Что это означает?
Юл пожал плечами:
– Буковки как буковки, в коридорах и тоннелях полно таких, чего ты взбудоражился?
– Идем, – решительно сказал Ильмар. – Быстро идем. Калеб!
– Тут я, – отозвался охотник, приближаясь к ним.
Повесив на плечо карабин, он стал нахлобучивать на голову клетчатый платок, стоя спиной к черневшему в стене пролому. Из него вдруг протянулись руки, на шее охотника сомкнулись когтистые пальцы. Калеба рывком втянули в пролом – только ноги мелькнули, и с одной слетел сандалий.
– Мутанты! – крикнул Юл.
Оглобля попятился. Ильмар жахнул из штуцера по твари, которая, извиваясь, как змея,
вылезла из дыры вверху и бросилась на атамана.
В проломе громыхнул взрыв. Труба вздрогнула, в нее вынесло куски человеческой плоти вперемешку с землей, на рельсы спланировал тлеющий обрывок клетчатого платка.
Споткнувшись о шпалу, Оглобля приложился лбом об рельс. Перед глазами пошли круги, он медленно сел, тряхнул головой, в которой звенело, как в копилке с медяками.
В двух шагах на спине лежал атаман, над ним нависла серая тварь: кожа склизкая, руки длинные, а глаза – с кулак и блестят, не мигая, в свете факела.
Грохнул выстрел, второй. Мутанта, успевшего повалить атамана, отбросило в сторону. Юл присел, целясь в темноту, сунул в руки