Джет из Джетевена стр. 12
стоят его мускулы в темноте, откуда летят кирпичи? Иллари хотел было окликнуть его, но передумал.
— Ничего, господин, — эхом отозвался на его мысли джет. — Его не тронут. Там в опасности были только ты да я. Больше никто.
— О все солнца, праведные и неправедные, — вздохнул Иллари, — как ты мне надоел. Что мне с тобой делать? Вроде драть тебя сейчас жалко. Может, в ранге понизишь?
— Воля ваша, господин, — кротко согласился джет.
— Не «ваша», а «твоя». Будешь обращаться несоответственно вассальному рангу, уши надеру.
— Но ведь ты сам сказал, господин, — возразил джет, слезая с лошади.
— Сказал, сказал, — обреченно
вздохнул Иллари. — Знаешь ведь, что не понижу. Идти можешь?
— Да со мной все в порядке, — джет уже улыбался. — Хорошо еще, что мы просто гуляли.
Трудно винить Иллари, что он не сразу понял. Выйди он не на приятную прогулку для обозрения выигранного в хайту, а с официальным визитом, длинные волосы джета скрепила бы ритуальная булавка в виде отточенного кинжала. Тут уж ничто бы не помогло — кирпич попросту вбил бы острие булавки джету в затылок.
— Считай, что тебе повезло, — Иллари рассмеялся. — Правда, я не скажу, чтоб ты дешево отделался.
Он стиснул плечо джета.
— Как только будешь совсем здоров, — негромко и медленно произнес Иллари, — мы с тобой поговорим. О секретах и кирпичах. На этот раз не отвертишься. Понял?
— Тогда уж лучше бы мы сегодня шли с визитом, — так же тихо и медленно сказал джет.
Иллари чувствовал, что для джета сохранение тайны жизненно важно. До сих пор он всегда уступал, покоряясь молящей серьезности в глазах джета, либо вовсе забывал. Но теперь уж нет. Теперь хватит. Решено.
Однако джет не то болел, не то симулировал деньков десять, а к их исходу Иллари стало не до джетовых тайн. У него завелась собственная.
Возникновение у Иллари тайны ознаменовалось целым рядом событий. В один прекрасный день Иллари спозаранку отправился в императорский дворец, куда последнее время предпочитал не показываться. Вернулся он из дворца только под вечер, мрачный, как чумное поветрие, заперся у себя и двое суток упорно не желал никого видеть. В течение первых суток джет все еще боязливо отлеживался, на вторые решился выздороветь.
Иллари не обратил на его выздоровление никакого внимания. На третьи сутки с утра Иллари вышел из дома в прежнем гневном расположении духа и вернулся поздним вечером распьяным-пьяный. Слуги были потрясены до потери дара речи. Выпить Иллари мог очень много, а опьянеть хоть самую малость ему удавалось с трудом. Слуги не раз подумывали, сколько нужно, чтоб действительно напоить господина допьяна, и сходились на том, что столько выпивки просто не бывает — ну, если не на свете, то уж в столице точно. И вот во нарушение всех законов природы Иллари предстал пред их очами мрачно и тяжело пьяный.
— Водки! — проревел он зычно и страшно.
Дворецкий притащил небольшую оплетенную бутыль. Иллари вышиб из нее пробку ударом по дну, наклонил и принялся с интересом наблюдать, как водка течет по его сапогам.
— Мошенник, — пьяно укорил он дворецкого, — сам половину вылакал.
Засим Иллари оторвал перо от шляпы и пустил