Джига с ангелом стр. 135
ставлю золотой рилли против серебряного, что этот парень будет петь нам как соловей.
— У меня не осталось даже меди, — грустно ответил офицер. — Впрочем, я склонен вам верить.
— Не переживайте, дружище. Не сегодня, так завтра у вас в карманах будет золота больше, чем в королевском хранилище.
Хэмптон повернулся к туземцу:
— Ты знаешь, где капище Горана?
Раненый с ужасом посмотрел на офицера. Язык его заплетался:
— Горан… не знаю никакого Горана.
— Ты не знаешь Горана? Вашего болотного духа, которым мамаши пугают детишек. Я разочарован.
— Я и вправду не знаю никакого Горана, — думая, что ему поверили, забормотал дикарь.
— Жаба… такая здоровая жаба, живёт где-то на болотах, выполняет желания. Неужели никогда о ней не слышал?
— Нет.
— Врёшь. — Офицер наотмашь врезал ему ладонью. — Ты один из жрецов жабы. Я хочу, чтобы ты привёл нас к нему.
— Ошибаетесь, я не жрец и не знаю никакого Горана, — твёрдо ответил дикарь.
Офицер вздохнул и укоризненно покачал головой:
— Сам напросился. Хочешь по-хорошему, а люди не понимают.
Он подал знак, и капрал, засучив рукава, принялся методично избивать несчастного, молотя кулачищами. Минут через десять истерзанный, весь в синяках и кровоподтёках, дикарь вновь предстал перед допросом.
— Повторяю вопрос: ты знаешь, где капище Горана?
— Нет, — ответил туземец и едва не захлебнулся собственной кровью, когда
Крепс пустил в ход приклад ружья.
Хэмптон вынул из кармана часы, откинул крышку и со скучающим видом посмотрел на циферблат.
— Дайте ему полсотни горячих, только смотрите, чтобы не потерял сознание, — приказал офицер.
Солдаты стали хлестать тело несчастного специально вымоченными в соляном растворе прутами, каждый удар снимал лоскуток кожи, и, корчась от мук, дикарь наконец сдался.
— Не надо больше, — жалобно попросил он. — Я не могу.
— Крепс, добавьте ему ещё парочку для профилактики. Не хотелось бы, чтобы он передумал.
— Запросто, сэр. — Крепс отстегал два удара и оставил измученного дикаря в покое.
Тот блаженно прищурил глаза, не веря, что экзекуция закончилась.
— Я слушаю. — Лейтенант снова опустился на табуретку. — Говори.
— Я действительно жрец Горана, моё имя Хелф.
— Меня не интересует твоё имя, язычник. Раз ты на самом деле жрец, то должен знать дорогу к капищу Горана.
— Зачем тревожить покой духа?
— Не твоё дело, Хелф. Приведи нас к Горану и получишь от меня в подарок самое дорогое сокровище на свете — жизнь. Ты ведь хочешь жить?
— Очень.
— Тогда в чём дело? Выполни мою маленькую просьбу и ступай на все четыре стороны. Я дам тебе слово дворянина.
— Я верю вам, — выдавил из себя несчастный. — Путь будет нелёгким, я бы на вашем месте передумал.
— Чем ты вздумал напугать нас, язычник?
— На капище ведёт потайная тропа, очень опасная — шаг в сторону, и трясина засосёт с головой.
— Ерунда. Мы возьмём тебя с собой, станешь нашим проводником. Если вздумаешь бежать, поймаем, и смерть покажется тебе избавлением, — пригрозил Хэмптон.
— Я не убегу, — с тоской в глазах произнёс дикарь. — Я приведу вас на капище. Только не пожалейте. Горан не из добрых духов.
— Он просто не встречался с цивилизованными людьми, — хмыкнул Хэмптон. — Я сделаю его шёлковым. Могу посадить Горана на цепочку как собаку. Как думаете, Гибсон, огромная жаба на поводке, которую я буду выгуливать в центре столицы, произведёт фурор?
— Более чем. — Гибсон