Джоанна Аларика стр. 84
ты не помнишь, в каком журнале мы видели эти очаровательные блузочки с воротничком а-ля Мария Стюарт? Не в «Вог»?
— Не помню, тетя, — лениво отозвалась Джоанна, не меняя позы. — Кажется, в «Севентин»…
Все-таки, наверное, гораздо проще жить на свете, если все интересы сводятся к очаровательным блузочкам с воротничком а-ля Стюарт. Или к флирту, как у Долорес. Впрочем, это уже зазнайство: думая так, ты этим самым ставишь себя на какую-то высшую ступень по сравнению с остальными. Джоанна вздохнула еще печальнее и, взяв себя в руки, прислушалась к тому, о чем говорилось на мужской половине стола.
Речь там шла о деятельности аграрных синдикатов; Джоанна слушала, внутренне усмехаясь. Гости-плантаторы ругали новое изобретение правительства почем зря. Когда старый дон Тибурсио Орельяна обругал профсоюзное руководство «бандитской шайкой», Джоанна тихонько засмеялась и еще ниже опустила голову; но тут же она насторожилась, услышав вопрос старика, обращенный к падре Фелипе, — какие конкретные меры думают предпринять клерикальные власти с целью обуздать преступную деятельность синдикатов. Ее охватило любопытство, сумеет ли иезуит, поставленный перед необходимостью прямого ответа, вывернуться из деликатного положения.
— Святая церковь, — подумав с минуту, тихо и отчетливо сказал падре Фелипе, — как вы все знаете, под страхом интердикции запретила католикам вступать в синдикаты, организованные и руководимые атеистами. Более действенные меры являются пока преждевременными.
Джоанна подняла брови. «Более действенные меры»? Однако этот кура высказывается сегодня откровеннее, чем можно было ожидать… Да и вообще, что за нелепость?
— Разрешите задать вам один вопрос, реверендо падре, —неожиданно для себя громко сказала Джоанна через весь стол; еще за секунду до этого она безуспешно пыталась убедить себя, что вмешиваться не стоит.
К ней сразу обернулись — отец, падре Фелипе, донья Констансия, почти все гости. Вмешательство девушки в мужской разговор было необычным явлением в этом обществе, и за столом сразу стало тихо.
— Я тебя слушаю, дочь моя, — ласково кивнул иезуит.
— Реверендо падре, — так же громко произнесла Джоанна, чувствуя, как вдруг заколотилось сердце, — меня несколько удивляет позиция святой церкви в этом вопросе. Поскольку аграрные синдикаты руководствуются в своей деятельности строго ограниченными целями социального характера, мне кажется, философские убеждения их руководителей, не играют ровно никакой роли. Что же касается этих целей, которые сводятся к поднятию жизненного стандарта основной массы населения Гватемалы, то меня удивляет тот факт, что святая церковь их не разделяет и даже считает нужным им противодействовать — вплоть до угрозы интердикции…
— Джоанна, перестань говорить глупости, — резко сказал дон Индалесио.
Дочь бросила на него быстрый взгляд, отметив заодно выражение ужаса, застывшее на окаменевшем лице тети Констансии, и упрямо продолжала:
— Я всегда считала, реверендо падре, что после опубликования энциклики «Рерум Новарум» святая церковь изменила свое отношение к социальному прогрессу. В противном случае как можно объяснить возникновение христианского социализма?
Прежде чем падре Фелипе успел ответить, донья Констансия встала из-за стола вместе с другими дамами.
— Дружок, — тихо сказала она, подойдя к племяннице и наклонившись над ее ухом, — донья Эльвира и донья Магдалена хотят посмотреть модные журналы, которые ты мне привезла. Идем, дорогая, ты нам их покажешь…
— Вы же отлично знаете, тетя, — громко ответила Джоанна, не поддаваясь на уловку, — что они лежат в вашей комнате на столике. А мне их смотреть неинтересно, честное слово… Я ведь