Джонатан Кристофер Моргенштерн стр. 78
и в то же время решительно убрала от щеки мою руку:
— Ничего подобного. Просто… я словно… совершаю ошибку.
— Ошибку? Какую ошибку, Клэри? Мы связаны. Сразу, как только мы встретились… — ради всего святого это же говорю не я. Но кто?
— Себастьян, прошу, не надо…
— Я сразу понял, что ждал именно тебя. Ты меня тоже узнала. Не отрицай.
— Все не так, Себастьян.
— Не верю, — слобно произнес какой-то другой я схватив сестру за руку.
Клэри попыталась вырваться:
— Себастьян…
— Не верю, — повторил я.
— Себастьян, — как можно спокойнее позвала Клэри. — Мне больно.
Себастьян отпустил ее. Тяжело дыша, он сказал:
— Прости. Прости, я думал… — и вновь говорю Я.
— Нам лучше вернуться. Скоро стемнеет, — сказала Клэри.
Я только кивнул, пораженный собственной выходкой не меньше, чем Клэри. Развернувшись, я побрел к Путнику, который мирно пасся в тени дерева.
В моей груди вновь сжался ком боли и злости.
«Что происходит?» — уже в который раз повторял я.
Я молча помог забраться девушке в седло. Когда Клэри наконец уселась, произнес:
— Прости, что я недобро подумал о Джейсе. Он никогда бы тебя не обидел. Ради тебя он даже пошел навестить пленного вампира в темнице Гарда…
— Пленный вампир? — шепотом спросила девушка.
Я удивленно посмотрел на нее:
— Ну да. Вампир по имени Саймон, которого Лайтвуды привели из Нью-Йорка. Я… я был уверен, что ты в курсе его злоключений. Разве Джейс ничего не рассказывал?
Клэри была в ступоре, и лишь очнувшись, произнесла:
— Нет, он не рассказывал.
Черт! Я думал Джейс вчера орал на нее именно из-за этого.
Весь остаток пути мы провели в полном молчании. На лице сестры играли разные эмоции: злость, грусть, печаль, ожидание, боль…
Лишь когда мы дошли до дома Эрондейлов я произнес, прежде чем Клэри зашла в дом:
— Клэри, — я притих, обдумывая как лучше выразиться. — Клэри, чтобы не происходило, чтобы тебе не говорили остальные, знай, я такой которого ты меня видела в первой встречи. Я люблю тебя. Я знаю, что ты не отвечаешь взаимностью, просто ты еще многого чего не знаешь… но запомни одну вещь — я не позволю чтобы с тобой что нибудь случилось. Ты всегда будешь в безопасности. Сестренка, — я погладил ее по лицу — ты никогда не узнаешь, какого это быть таким как я.
Больше я не произнес ни слова, помчался к сторожевым башням со всей скоростью. Боль — вот что я ощущал. Почему я должен терять человека, который мне так дорог? Почему должен причинять всем боль? Вместо боли ко мне пришла злость. Все… время кончилось… я демон.
Эпилог
Стоя на самой верхушке башни, я рассмотрел в последний раз Аликанте. Мой любимый город, мой дом. Через час от него не останется ничего кроме как гнилой запах мертвых нефелимов и мерзких тварей — демонов.
До восхода солнца осталось пару часов, а значит, пора взламывать башни.
Городские огни освещали улицы. Все люди давным-давно сидели у себя дома и мило беседовали между собой. Дети настырно выпрашивали родителей дать им еще хоть чуточку поспать — ведь скоро будет шесть утра, но взрослым нужно на работу, некоторым в Гард, а некоторым еще куда-то.
В отличия от примитивных сумеречные охотники встают как можно раньше