Единожды солгав стр. 81
пришла сегодня к ним, чтобы выяснить для себя какую-то правду, а совсем не для того, чтобы успокоиться. А вот Анатолий Фёдорович выглядел привычно флегматичным, спокойным, Алёна была уверена, что так и не понял, что же так сильно волнует жену. Но он не привык с ней спорить, и лишь ждал, когда произойдёт нечто, наверняка ею же и задуманное, что уравновесит её настроение, и можно будет дальше жить спокойно. Он принял от сына бокал с дорогим коньяком, устроился в кресле у окна, и теперь лишь наблюдал за происходящим, готовый ко всему. Надо сказать, что Анатолий Фёдорович Алёне нравился. Она порой задумывалась, как хорошо было бы самой иметь такого отца. Спокойного, не агрессивного, но всегда готового выслушать и помочь. Без лишних советов и нотаций, просто сделать для своего ребёнка всё, что в его силах. Алёна знала, что Вадим отца тоже сильно любит и переживает за его здоровье. Знала, что временами приходит к отцу поговорить, в те моменты, когда матери нет дома. И они сидят в кабинете Анатолия Фёдоровича, вот так же, с бокалами коньяка в руках, и неспешно обсуждают дела и проблемы, или просто говорят на посторонние темы. Вадим любил такие моменты, и старался проводить с отцом больше времени.
Анна Вячеславовна обошла по кругу накрытый к обеду стол, придирчивым взглядом высматривая несовершенства. Алёна украдкой наблюдала за ней, невольно выдохнула от облегчения, когда свекровь от стола отвернулась. Можно было себя похвалить. А вот Анна Вячеславовна наверняка была слегка раздосадована.
– Когда приедет эта девушка? – поинтересовалась она вроде бы и с мягкими интонациями в голосе, но определение «эта девушка» резало слух.
– К двум, – ответила Алёна, а Вадим всё же заметил:
– Мама, эта девушка – сестра Алёны. И её зовут Зоя.
– Зоя, – повторила Анна Вячеславовна, словно имя было странное, заморское, и запомнить его было трудно. – Замечательно. Не терпится с ней познакомиться.
Алёна, расправляющая салфетки на спинках стульев, всё же закатила глаза, не в силах удержать в себе раздражение. Правда, знала, что заметить этого никто не может. Но следующий вопрос от матери жениха совсем не порадовал:
– Алёна, но как же всё-таки так получилось? Что ты ничего о ней не рассказывала?
Спас Анатолий Фёдорович. Он кинул на жену красноречивый взгляд и меланхолично заметил:
– Аня, давай оставим все вопросы до того момента, когда сестра Алёны появится. Иначе нам придётся выслушивать все истории дважды. Ты ведь не устанешь задавать вопросы.
– У меня профессия такая, Толя, вопросы задавать.
Прохоров-старший посмеялся, приложился к бокалу с коньяком.
– Знаю, знаю. Как у дознавателя.
Анна Вячеславовна лишь махнула на мужа рукой.
– Ты всегда так говоришь. И знаешь, что меня этим обижаешь. Я никогда не задаю лишних вопросов, и не лезу в чужую личную жизнь.
Вадим не удержался и тоже усмехнулся. Матери поддакнул.
– Ты права, мама, тебе это совершенно несвойственно.
Анна Вячеславовна не рассердилась, не возмутилась, знала, что сейчас ей лучше печально вздохнуть.
– Ты весь в отца, Вадим.
– И очень этому рад, мама, – улыбнулся он. Подошёл и мать поцеловал в щёку. Негромко попросил: – Расслабься.
Зоя приехала ровно в два. Алёна подозревала, что именно так и будет, и даже не удивилась бы, узнай, что сестра некоторое время стояла под дверью, поглядывая на часы. Наверное, посчитала, что пунктуальность – явный признак хорошего воспитания. Провальный момент.
Алёна сама отправилась для того, чтобы открыть ей дверь, и как только оказалась в прихожей, одна, поторопилась вытереть влажные ладони. То, что она так сильно нервничает, было нехорошо.
– Стояла под дверью? – вместо приветствия, прошептала она сестре.
Зоя перешагнула порог и остановилась, как вкопанная, на Алёну уставилась в удивлении.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что раньше сама так глупила, – отозвалась та. Заперла входную дверь, а сама окинула младшую сестру быстрым взглядом. Что ж, Зоя выглядела не так ужасно, как ещё вчера и позавчера. На ней было платье, что они купили вчера вечером, милое и не вычурное. Волосы забраны в хвост, но овал