Библиотека

Единственный свидетель стр. 23

Размер шрифта
-
+
Тема

заметить, переглянулись с усмешкой, и я опять почувствовал, что краснею.

Мы расположились с нашим грузом в кузове, Семенов дал газ, и машина тронулась.

Молча мы проехали несколько кварталов. Я сидел и мысленно ругал себя за то, что так неудачно скомандовал при посадке.

Вдруг Леня Потапов сказал:

— Товарищ начальник команды, разрешите обратиться?

— Говорите!

— Надо же заехать на склад, получить сухой паек на дорогу!

Недовольный тем, что Леня напомнил мне о моих обязанностях, о которых я, признаться, забыл, я сухо сказал ему:

— Сам знаю, рядовой Потапов. Доедем до Кузнечной, скажите водителю, чтобы свернул к складу.

— Миша! — вскрикнул Петя Ночкин и тотчас же поправился, — то есть, товарищ начальник команды, мы же давно проехали Кузнечную!..

Я посмотрел по сторонам и увидел, что Ночкин прав: поворот на Кузнечную остался далеко позади.

— Скажите водителю — пусть повернет назад и едет на склад! — буркнул я, не глядя на Петю, понимая, что совершил еще одну ошибку, недопустимую для командира: командир, по-моему, не имеет права ни на минуту забывать о людях, которыми командует, каковы бы ни были его личные переживания и огорчения.

Вскоре мы бойко подкатили к длинному серому зданию военного продсклада.

Мы вылезли из машины. Я отдал Лене Потапову наши аттестаты и со стальной непреклонностью (опять она у

меня появилась!) скомандовал:

— Рядовой Потапов, получить паек на всех! Живо!.. Чтобы через пять минут здесь быть с продуктами! Понятен приказ?

— Понятен, товарищ начальник команды! — не хуже, чем я при посадке, гаркнул Потапов. — Через пять минут быть здесь с продуктами.

— А ну, — на носочках! Исполняйте!..

Потапов опрометью кинулся к складу, но тут, как на грех, вылез из своей кабины Семенов, который не слышал, какую команду я подал, и сказал благодушно:

— Имеем возможность полчасика покурить, товарищ начальник, а то и больше!..

— Почему это… полчасика?!.

— Посчитайте: пока выпишут продукты на четырех человек, пока взвесят, пока оформят… да, полчаса, не меньше!.. Успеем накуриться!

Он сел на бревна, лежащие на дворе склада, вытащил из кармана шаровар кисет и стал сворачивать самокрутку чуть ли не с четверть метра длиной. Я посмотрел на Петю Ночкина и прочитал в его глазах укор и насмешку.

«Эх ты… стальная непреклонность! — говорили, казалось, Петины, карие, с золотыми искорками, глаза. — Отдаешь команду, не подумав! „Живо“, „На носочках!“, „Через пять минут!..“ Ты бы еще секунду дал на исполнение!.. Вот и сел в лужу!»

Мне снова стало неловко. Я не выдержал и сам пошел на оклад — помочь Потапову получить продукты.

И мы уже мчимся по гладкому асфальту отличного шоссе. Весна в наших краях замечательная, веселая, дружная, и я с удовольствием дышал чистым полевым воздухом. Настроение у меня улучшилось, а Семенов еще поддал газу, и мы летели, как снаряд. Я вспомнил Николая Васильевича Гоголя: «Какой же русский не любит быстрой езды?..» Леня Потапов и Петя Ночкин сидели, вытянув ноги, в стороне и о чем-то с жаром беседовали.

— Ну как, орлы? — спросил я, подсаживаясь к ребятам. — Самочувствие хорошее?

— Подходящее, товарищ начальник! — ответил Петя Ночкин, подмигнув Лене Потапову.

— Ладно, ладно, Петя! — сказал я. — Дай-ка закурить!

Петя достал свой кисет, мы свернули, по примеру Семенова, по здоровенной козьей ножке и задымили, как смолокурня. Потом Леня Потапов вынул

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.