Библиотека

Ее главная ошибка стр. 49

Размер шрифта
-
+
Тема

— Я понимаю, как тебе трудно, Бронте, — сказал он. — Трудно будет всем нам. Я сочувствую твоей матери, действительно сочувствую. Я сочувствую моей матери, братьям и деду, которые упустили возможность увидеть первые дни жизни девочки. Но ты мать Эллы, а я ее отец. Выбора у нас нет.

Бронте почувствовала, как на глаза наворачиваются жгучие слезы, но сдержала их.

— Ты хочешь, чтобы все было по-твоему. Ты желаешь полностью контролировать ситуацию. Я тебя понимаю, но ты прав: мне трудно. Я очень упорно работала, чтобы сделать карьеру. А теперь я должна от всего отказаться ради брака, который обречен на провал.

— Не будет провала, если мы поработаем над нашими отношениями, — настаивал Лука. — Я понимаю, насколько важна для тебя карьера. Я помогу тебе устроиться преподавателем балета в Милане.

— Я не говорю по-итальянски, — мрачно напомнила ему Бронте. — Без знания языка я не добьюсь большого успеха.

— Ты можешь брать уроки итальянского, — предложил он. — Я хочу, чтобы Элла говорила на моем родном языке. Важно, чтобы она разговаривала и на английском, и на итальянском языке с раннего возраста. А для тебя я найму частного репетитора.

— Мне кажется, ты способен организовать все, что угодно, — заметила она, нахмурившись.

— Не все, — признался он, проведя рукой по волосам. — Есть некоторые вещи, которые невозможно купить за деньги.

Бронте смотрела, как Лука присел на корточки, чтобы помочь Элле с игрушкой. Он взъерошил мягкие пушистые волосы девочки и улыбнулся нежно и одновременно грустно. А ведь были времена, когда Бронте считала Луку Саббатини сдержанным и хладнокровным.

Лука выпрямился, взяв Эллу на руки:

— Я думаю, ей пора поменять памперс.

— Я поменяю.

— Я справлюсь сам, — возразил он. — В прошлый раз у меня получилось. В любом случае мне нужно практиковаться.

Бронте провела Луку в маленькую ванную комнату и вручила детское мыло.

— Пижаму и новый памперс я оставлю в детской, — сказала она.

Когда она вернулась, Элла плескалась в ванне. Он играла с желтой крякающей уткой. Перед глазами Бронте была типичная сцена: любящий отец и счастливый довольный младенец весело проводят время вместе. Но Бронте стало немного не по себе. Она поняла, что перестала быть для Эллы единственным человеком, к которому та тянулась. Теперь центральным персонажем в жизни Эллы стал отец.

Одев Эллу, Лука рассказал ей сказку и уложил в кроватку. Бронте заметила, что он разговаривает с малышкой по-итальянски.

Проверив готовящийся ужин, Бронте стала ждать Луку в гостиной, бездумно перелистывая журнал.

Он появился через несколько минут.

— Спит, как ангел, — сообщил Лука.

— Она, как правило, быстро засыпает, — произнесла Бронте. — Я думаю, в этом мне повезло. Я не уверена, что справилась бы с капризным ребенком. Но порой, когда она разгуливается, мне бывает нелегко.

Лука поджал губы:

— Снова ты за свое. Осыпаешь меня обвинениями. Представляешь себя в качестве жертвы. Мы оба стали жертвами, Бронте. Когда ты это поймешь?

Бронте вскочила:

— Когда ты поймешь, что не можешь вот так просто вернуться в мою жизнь? Ты разбил мое сердце, Лука. Ты лишил меня уверенности в себе. Я не хочу снова страдать. Я не позволю тебе еще раз причинить мне боль.

— Ты так сильно меня ненавидишь? — шепотом спросил он.

Бронте открыла рот, но потом сжала губы и отвернулась, чтобы Лука не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.