Экспансия Генома стр. 84
чтобы Пашу освободили под подписку о невыезде. И вот когда Паша смекнул, что выпускать его не собираются, а собираются отправить в камеру. Вот тогда ему стало не до смеха. Тюрьмы Паша не боялся, он ведь не какой-нибудь там первоход. Неприятно, конечно. Но связи, деньги и ушлый адвокат сделают своё дело и в том, что его освободят, он не сомневался. Но как опытный сиделец Паша понимал, что статья, по которой его собираются закрыть, поганая. И в камере его ничего хорошего не ждёт.
Закрыли Пашу в Подмосковном СИЗО. Камера, человек на тридцать, скученность зашкаливала. Паша хорошо знал тюремные правила и потому, представившись смотрящему по камере, скрывать статью, по которой он залетел, не стал. Всё равно узнают и будет ещё хуже. Обычного зека этой же ночью и опустили бы, при такой-то статье. За взлом «мохнатого сейфа» ответ один. Но для авторитетов другие правила, как и на воле.
Паша напирал на то, что это подстава и его прессуют менты по ложному обвинению. Пашу в уголовном мире знали, и группировка у него была серьёзная. Смотрящий самостоятельно решать ничего не рискнул, так как ошибка могла ему выйти боком, и отправил весточку людям, которые в тюремной и уголовной иерархии стояли повыше его. А пока, как и водится в случае таких непоняток, Пашу в блатной угол не пустили. Определили его пока к мужикам. Не у самой параши, но от козырных шконок, где окошко под потолком, далековато.
Время шло, и обстановка в камере становилась всё напряжённее. В воздухе витал дух недоверия, страха и насилия. Паша всё чаще замечал на себе косые взгляды пристяжи пахана. Адвокаты Паши были в полной растерянности, привычные схемы дали сбой. Не срабатывали ни связи, ни деньги. Потерпевшую менты куда-то вывезли и воздействовать на неё не было никакой возможности.
Воры на воле тоже не торопились. Решение предстояло принять серьёзное. Паша, конечно, не законник, но личность в уголовных кругах столицы известная. С другой стороны, ворам представлялась возможность показать, что воровской закон для всех един.
К странностям происходящего можно было отнести то, что ни адвокатам Паши, ни посланцам воров доступ к материалам уголовного дела особенно никто не перекрывал. Вот тут почему-то привычные связи и взятки работали по-прежнему. Поэтому воры были в курсе всех подробностей расследования. И, к Пашиному несчастью, картина вырисовывалась стрёмная. Получалось, что изнасилование было вполне реальное и действительно имело место. Причём группой лиц и во главе этой группы стоял Паша, и сам принимал активное участие, то есть совал свой член куда ни попадя. Не было тут никакого ментовского произвола и подставы.
Убедившись, что Паша действительно получит срок по позорной статье, причём без всякой подставы, законники собрали сходку. Обсуждение было бурным, особенно громко протестовали авторитеты из рядов братвы, которым зековские законы всегда стояли поперёк горла. Но решение всё же было принято. И не в пользу Паши.
А дальше заработала привычная схема. В камеру пошла весточка и судьба Паши была решена. К чести Паши, следует сказать, что хотя, как и водится, навалились на него всей толпой ночью, когда он, несмотря на все усилия, задремал, сопротивлялся он отчаянно. Бывший борец, и, участник по молодости многочисленных уличных схваток, бился до последнего вздоха.