Электроники, Сыроежкины и другие стр. 15
не я, — согласился Элек и спросил самое главное: — Тебе известна твоя цель?
— Я буду, как и ты, изучать человека. — Она повернула голову, внимательно взглянула в глаза Элека. — Это и есть моя цель.
— Осторожно, Эля! — предупредил Элек, заметив, что навстречу летит тяжелый грузовик.
— Вижу, — отозвалась девочка, запечатлев в своем сознании расширенные глаза водителя грузовика. — Я все вижу, чувствую, но не все знаю.
Грустный тон ее голоса не вязался с решительностью движений. Электроник прекрасно понимал спутницу.
— Не знаешь, с чего начать? — спросил он.
— Не знаю. — Эля вздохнула. — Ты мне поможешь?
— Попробую, — ответил он и закричал: — Эй, куда ты?
Получив утвердительный ответ, девочка-робот включила предельную скорость. Электроник не захотел от нее отставать. Ничто не препятствовало движению самых быстрых в мире бегунов. Они казались сами себе сильными, ловкими, неуловимыми.
Они не подозревали, что за ними следят десятки внимательных глаз и приборов.
Еще в городе компьютер автоинспекции определил, что так двигаться могут только роботы. Совместив моментальные фотоснимки размазанных силуэтов, компьютер дал очертания двух фигур подростков. И вот от поста к посту на загородном шоссе полетело по радио: «Внимание, движутся роботы! Обеспечить безопасность людей и роботов! Скорость более трехсот километров в час…» Кто-то из милиционеров вспомнил героя телефильма по имени Электроник, назвал в рапорте по рации роботов Элеками, и его коллеги охотно подхватили шутливую кличку нарушителей.
«Внимание, Элеки!» — звучало теперь в эфире.
И это предупреждение было очень близко к истине.
Каждый постовой понимал, что при такой скорости роботов нет возможности ни догнать, ни остановить их, ни тем более потолковать с ними. И каждый по возможности освобождал от излишнего транспорта свой участок пути, включая на въездах красные сигналы. Бегуны производили ошеломляющее впечатление даже на опытных инспекторов. Мысль о штрафе за превышение скорости возникала у иных из них чисто автоматически, но не было в правилах такого запретного для роботов параграфа. А Элеков — фьюить! — и след простыл! Лови ветер в поле…
Давно кончились густые леса с полянами, овраги и круглые рощицы на склонах, крутые спуски и подъемы. Дорога была ровной, тянулись до горизонта зеленеющие поля. На указателях мелькали незнакомые для Электроника названия населенных пунктов, пока он не узнал одно из них: «Белозерск — 300 км».
— Ого, — сказал едва слышно Электроник, — с такими темпами через час мы будем у моря.
— Хочу к морю. — Элечка его услышала. — Что такое море?
Электронику нравилось беседовать на предельной скорости.
Они ничуть не устали и могли бежать дальше бесконечно долго, могли добежать до самого моря, и это было заманчиво, тем более что Элек сам никогда не видел настоящего моря. Но нужно было возвращаться.
— Пора, — сказал Элек.
— Зачем? — отозвалась она.
Он взглянул на нее, напомнил:
— Ты хотела начинать…
И девчонка моментально повернула назад.
На обратном пути он рассказывал ей о море, об атмосфере. И о человеке.
— Тебе хорошо, — сказала Эля, — у тебя есть друг.
— Ты про Серегу? — спросил Эл.
— Да. А у меня нет Сыроежкина.
Эл на мгновение задумался:
— Подружись с любой девчонкой…
— С любой? С какой? — Эля вспомнила девчонок, с которыми играла на спортплощадках. — Я не знаю, как ее выбрать, — пояснила она. — Все они хорошие.
— Знаешь, — сказал он решительно, — бери всех.