Библиотека

Элементарно, Ватсон! стр. 114

Размер шрифта
-
+
Тема

мне одолжение, прошу вас!

— Сэр, у меня есть еще копия, — сказала миссис Мэннинг, открывая свою кожаную папку.

— Не стоит, — заверил ее Ватсон, и, как она ни возражала, настоял на своем. — Мне для моих скромных нужд хватит и этой. Я верну ее завтра утром.

Мы наняли кеб. Доктор Ватсон поехал со мной на Бейкер-стрит и остался ночевать в комнатах мистера Холмса. Горничная застелила одну из кроватей свежим бельем, а я принесла доктору ужин. Все было как раньше, в те старые добрые времена.

Ранним утром я была уже в городе. Мне нужно было успеть сделать все намеченное до начала консультации у Брекенриджей. В десять, когда приехал доктор Ватсон, а с ним — сэр Эрнест Фаулер, знаменитый терапевт, я уже сидела рядом с племянницей.

Осмотрев ее, доктора удалились на совещание.

— Что это? — спросил со страхом Уильям, когда они вернулись. — Скажите, она выздоровеет?

— Да. Спасибо доктору Ватсону, — ответил сэр Эрнест. — Миссис Брекенридж, я знаю, что вы подозревали кого-то в намерении вас отравить.

Она кивнула. Уильям был потрясен.

— Отравить?..

— Сэр, если бы не доктор Ватсон, ваша жена не дожила бы и до мая.

— Но каким способом? — вскричала Элизабет.

— И кто? — воскликнул Уильям. — Зачем?!

— Кто и каким способом, я могу вам рассказать, — ответил доктор Ватсон. — А

зачем, это лучше пусть расскажет сам отравитель.

Он достал из портфеля партитуру Шуберта и маленькую пробирку. Шуберт, безусловно, уже ни на что не годился — верхние уголки партитуры были обрезаны.

— Вчера вечером я отрезал уголки и положил в воду вымачиваться. Потом взял пробу раствора и добавил сульфат железа. — Он поднес пробирку к свету. На дне ее был ярко-синий осадок. — Видите? Берлинская лазурь, — пояснил доктор.

— Что говорит о присутствии цианидов, — с одобрением произнес сэр Эрнест. — Доктор, вы отлично поработали.

Элизабет и Уильям никак не могли прийти в себя от этого известия.

— Цианистый калий на партитуре?..

— Напрасно вы винили в вашей болезни еду, — сказал доктор Ватсон. — В ней была виновата музыка. Точнее, ноты. Вы принимали яд, облизывая пальцы. Я заметил, что, когда вы переворачиваете страницы, вы каждый раз облизываете большой и указательный. Краешки партитуры были покрыты тонким слоем цианистого калия. А то, что вы не ощущали горечи во рту, — это, скорее всего, из-за мятных пастилок.

— Миссис Мэннинг! — воскликнул Уильям. — Но почему?..

— У вас будет возможность лично расспросить ее об этом, когда ее арестуют, — ответил Ватсон.

— Ее не арестуют, — скромно вмешалась я. — Она уже уехала из Англии.

— Тетя, что вы говорите? — переспросила в замешательстве племянница.

— Я подумала, что и ты, и Уильям предпочли бы обойтись без скандала и сенсационного процесса. Поэтому и решила съездить к ней с утра. Но она уже собрала вещи и отправлялась на вокзал Виктория. Как только доктору Ватсону удалось получить в руки Шуберта, она поняла, что все кончено. Сегодня вечером она отплывает в Канаду. Миссис Мэннинг призналась мне, что очень увлеклась вами, Уильям, еще с первой встречи. Вы были внимательны к ней, и она приняла это за взаимное влечение. А потом, когда вы вернулись с молодой женой, решила, что если бы Элизабет заболела и умерла, вы, быть может, обратили бы внимание на нее.

— Я бы никогда не смог!.. — решительно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.