Библиотека

Эльфицид: Сердце Зла стр. 423

Размер шрифта
-
+
Тема

зашквариться можно, зашквар–то не простой, Королевский. Ох, и беда пришла на зоны, злая беда. Но ничего. Мы старые воры, не такое видали.

Балагас Бугровщик тут же разбил руны призрачных гонцов и надиктовал в большем волнении две малявы на рудники о том, что к ним идет новая страшная напасть — Королевский зашквар. Голдсмит терпеливо дождался, пока призрачные малявы ускачут, а потом поинтересовался:

— Еще вопрос есть. Вот предположим, что этому Била–Аднину кто–то руку пожал. По незнанке. Зашкварен такой арестант или нет? И если зашкварен — то обычным зашкваром или Королевским?

— По незнанке — вопрос сложный, — задумался Гшап, — Индивидуального подхода требует. Так с обычным зашкваром было. Но тут–то дело особое, зашквар Королевский. Так что здесь двух мнений быть не может. Не канает незнанка. Если кто с запомоенным Королевским зашкваром арестантом поручкался — сам тем же зашкваром и запомоился. Без вариантов. Ох, и страшные ты вещи говоришь, Голдсмит. Так ведь и всю зону можно за один удар гномьего сердца перешкварить. Чую беду, чую.

— Спасибо за расклад, положенец, — вежливо поблагодарил Голдсмит, — А теперь у меня последний вопрос. Если первый арестант с Била–Адниным поручкался, а потом второму арестанту руку пожал — зашкварился этот второй или нет?

— Так, — зашипел Гшап Рептилиумский, — Все так. Запомоился этот второй тем же Королевским зашкваром по–любому. Зашквар Королевский, и в силе не теряет. Жуткая вещь, ужасная. Если такой в зоны допустить — будет арестантов сотнями шкварить.

— Замечательно. Спасибо, — кивнул Голдсмит, — Думаю, что правилка окончена. Положняк определен.

— Такая уж судьба моя, положняк ставить, — довольно резюмировал рептилоид.

Голдсмит тем временем отщелкнул бак своего вейпа, и тут же поставил на его место новый — выдававший цветной ярко–зеленый пар.

— Ты руку Била–Аднину жал? — спросил Голдсмит Андрея.

— Жал, — не стал отрицать Андрей, на всякий случай отступая к двери из хаты.

— А ворам?

— И ворам жал, — вздохнул Андрей, — Всем, кроме Гшапа.

Авторитеты переглянулись, потом глаза у них округлились от ужаса. Тууг Эазимский выронил из руки папиросу.

— Плюнь на ковер, — приказал Голдсмит Андрею.

— Да зачем?

— Плюй, говорю.

Андрей харкнул на ковер.

— Гшап, а хата–то у тебя зафоршмачена, — заявил Голдсмит.

Воры повскакивали на ноги, Тууг Эазимский метнул в Андрея заточку. Но Андрей пригнулся и заточка, пролетев сквозь голограмму Голдсмита и открытую дверь, ударилась в стену коридора.

— Беспредельщик! — оглушительно рычал

Балагас Бугровщик, — Всех перешкварил, падла! Прокрутил нас по колесу беспредела!

В камеру ворвались эльфы. Увидев жирного генерал–губернатора, который вбежал последним, Гшап в панике зашипел:

— Батя Фортиус! Выручай честного арестанта. Ты меня в петушиную хату сунул, сука. Давай другую, а то вскроюсь. Не буду с опущенными чалиться.

— Ты чего несешь? — повернулся к Гшапу Тууг Эазимский, — Это мы что ли, опущенные?

— Как есть опущенные, — заорал Гшап, выхватывая мерцавшую магией волшебную заточку, — Вы поручкались с запомоенным. С запомоенным Королевским зашкваром! И сами теперь эту тьму в себе несете. Не буду с петухами сидеть! Давай другую хату, Фортиус!

— Я тебе сейчас башку разнесу, ящер, —

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.