Элингтонское наследство стр. 13
чего-нибудь не прихватила.
«Я не должна о ней так думать, — говорила себе Дженни. — Не должна? Она не знает меня, и я не знаю ее. Но, видно, ей приходилось иметь дело с ужасными девчонками, если у нее появляются подобные опасения…»
Они вошли в комнату, где умерла Гарсти. Комната неузнаваемо переменилась. Кровать разобрали, и ее части стояли прислоненными к стенке между двумя маленькими окошками" Дженни старалась не смотреть на нее, потому что она выглядела такой чужой и незнакомой. Ей вспомнилось, как она, совсем еще маленькая, сидя на этой кровати, училась считать по пальцам на руках и ногах. У противоположной стены стоял комод, а на нем, на самой середине — небольшая шкатулка. Дженни подошла прямо к ней.
— Гарсти говорила, что письмо здесь. Она сама так сказала.
— Ну что же, посмотри, но не стоит слишком расстраиваться, если письма там нет.
В шкатулке было два маленьких ящичка наверху и три, один под другим, внизу. Она была искусно сделана, и у нее были красивые ручки из слоновой кости. Но Дженни, сейчас не замечала всей этой красоты. Сперва она открыла два верхних ящичка. В правом лежало несколько розовых бусинок; левый был пуст. Дженни аккуратно задвинула их обратно. Она старалась изо всех сил, чтобы у нее не дрожали руки, но сердце… сердце глухо стучало… Да и как могло быть иначе?
Верхний длинный ящичек был полон. В нем лежали милые вещицы, сделанные неумелыми, детскими ручками для Гарсти — к дню ее рождения и к Рождеству. Следующий ящичек тоже был наполнен ими. А в самом нижнем лежала фотография в рамке: смеющаяся малышка. Сама Дженни когда ей было два года.
И все. Письма от отца не было. Вообще ничего больше не было.
— Ну что, убедилась? — спросила мисс Гарстон.
Дженни укладывала все обратно в шкатулку.
— Письма здесь нет, — Дженни, обернулась и посмотрела прямо в серые холодные глаза мисс Гарстон. — Но если оно
где-нибудь найдется, вы отдадите мне его, правда?
Она ожидала тут же услышать «да», но мисс Гарстон, закусив губу, почему-то колебалась.
— Ну что же, так и быть, — наконец сказала она. — Но если письмо найдется, я советую тебе немедленно сжечь его, не читая. Это мой совет, но ты, я полагаю, не станешь ему следовать.
Нет! Это уж было бы слишком глупо. Вслух она не произнесла ни слова, но про себя подумала: «Письмо мое, и мне самой решать, как с ним поступить. Ни тебе и никому другому».
Мисс Гарстон некоторое время стояла неподвижно.
— Я не одобряю сентиментальной привязанности к вещам. Но ты, Дженни, вольна сама это решать. Если хочешь, можешь забрать шкатулку со всем, что в ней лежит.
Дженни резко повернулась. Она невольно сжала руки, щеки у нее порозовели, от волнения она не могла говорить. Мисс Гарстон неодобрительно смотрела на нее. Кроме осуждения, было в ее взгляде еще что-то. Дженни не вполне понимала, что именно.
— Ну, пожалуй, это все, — сказала мисс Гарстон. — Если хочешь забрать шкатулку, возьми ее лучше сейчас, чтобы она не затерялась среди вещей, которые пойдут па продажу.
— О, благодарю вас! — воскликнула Дженни. Она не знала, как еще выразить свою признательность… К тому же мисс Гарстон повернулась и быстро вышла из