Энн в Инглсайде стр. 122
на плечах груз лет. Она подошла к зеркалу и критически посмотрела на свое отражение. В углах глаз морщинки, но их видно только при ярком освещении. Подбородок и шея в порядке. Бледной она была всегда. Волосы все еще густые и волнистые, седины нет и в помине. Но неужели кому-нибудь могут действительно нравиться рыжие волосы? Нос по-прежнему хорош. Энн погладила его, как старого друга, вспоминая то время, когда нос был ее единственным утешением. Но Джильберт и носа ее больше не замечает. Он вообще забыл, что у нее есть нос. Как миссис Дэр, он, может, и хватился бы его, если бы он куда-нибудь делся.
«Ладно, надо пойти к Рилле и Джефри, — подумала Энн. — Им я, по крайней мере, все еще нужна. И что это я придиралась к детям? Небось говорят у меня за спиной: „Бедная мама все время не в духе“».
Дождь продолжал идти, ветер все завывал. Ведерная бравура на чердаке прекратилась, но теперь Энн раздражало стрекотание сверчка в комнате.
Принесли почту. Одно письмо было от Мариллы. Энн вздохнула, развернув его. Какой у Мариллы стал дрожащий старческий почерк! Другое письмо пришло от миссис Фаулер из Шарлоттауна, с которой Энн была едва знакома. Мистер Баррет Фаулер с супругой приглашают мистера и миссис Блайт на обед в следующий вторник. «Пожалуйста, приезжайте к семи. Вы у нас встретитесь со своей давней знакомой миссис Доусон из Виннипега, в девичестве Кристиной Стюарт».
Энн уронила письмо на стол. На нее нахлынули воспоминания… отнюдь не самого приятного свойства. Кристина Стюарт, которую они знали в Редмонде. Девушка, про которую говорили, что Джильберт с ней обручен… девушка, к которой Энн когда-то его страшно ревновала… Да, сейчас, через двадцать лет это можно уже признать… Она ревновала к ней Джильберта… она ненавидела Кристину Стюарт. Энн много лет не вспоминала Кристину, но отлично помнила, как она выглядела. Высокая девушка с кожей цвета слоновой кости, с большими синими глазами и густыми черными волосами. И уверенной манерой держаться. Вот только нос… нос у нее был определенно длинноват. Красивая? Да, нельзя отрицать, что Кристина была очень хороша. Кто-то говорил, что Кристина «удачно» вышла замуж и уехала в Виннипег.
Джильберт забежал домой перекусить: в Верхнем Глене свирепствовала корь. Энн молча подала ему письмо миссис Фаулер.
— Кристина Стюарт? Конечно, поедем. Я с удовольствием с ней повидаюсь, — сказал Джильберт, оживившись впервые за последние недели. — У бедняжки все не так уж удачно сложилось. Четыре года назад у нее умер муж.
Энн этого не знала. А откуда это известно Джильберту? И почему он
ей ничего не сказал? Кроме того, в следующий вторник у них годовщина свадьбы. Неужели он забыл? В этот день они никогда не принимали приглашений, а ехали и праздновали где-нибудь вдвоем. Но Энн не собиралась ему напоминать. Хочется ему повидать Кристину — пусть. Одна девушка в Редмонде как-то ей сказала: «Напрасно ты думаешь, Энн, что между Кристиной и Джильбертом ничего не было». Тогда она только посмеялась… Клара Халлет любила говорить неприятные вещи. Но, может быть, она все-таки была права? У Энн вдруг похолодело сердце: она вспомнила, что вскоре после свадьбы нашла у Джильберта в старой записной книжке маленькую фотографию Кристины. Джильберт