Эра надежд стр. 124
камни, хоть и искусственные, но не умея их производить! И вовсе не от дурости, а по расчету. Пусть не сейчас, но когда-нибудь нам удастся создать нормально работающую установку зонной плавки, и проблема будет решена.
Время показало правомерность такой точки зрения – полтора года назад Илья смог запустить долгожданную установку. Теперь оставалось только заставить ее нормально работать, и все. Наш император оптимистично утверждал, что на это ему потребуется не более трех лет.
Глава 27
О Конфуции я, понятное дело, читал еще в будущем. Ну а перед визитом на Филиппины пришлось основательно освежить старые знания, потому как внешняя и внутренняя политика Китая
во многом определялась именно конфуцианством.
Вообще-то любое философское течение есть инструмент для достижения каких-то вполне определенных целей. Разумеется, авторам часто кажется, что они сочинили свои труды вовсе не из каких-то узкошкурных соображений, а имея в виду продвижение к истине или, в особо тяжелых случаях, к счастью для всего человечества. Но на самом деле это означает, что практическое приложение упомянутых философских систем найдут другие люди, вот и все.
Конфуций, однако, к таким идеалистам не относился. И лично я всю его систему представил себе в виде простой сценки.
Сидит, значит, тот самый Конфуций, а напротив него совсем молоденький пацан. Он слушает, а Конфуций рассказывает о человеческих добродетелях. Красочно, увлекательно и многословно, но при этом не скучно. Наконец решив, что аудитория созрела, оратор вопрошает:
– Хочешь ли ты вырасти тем достойным мужем, о доблестях которого тебе только что было поведано?
– Да, – неуверенно кивает пацаненок.
– У тебя обязательно получится! Если, конечно, ты научишься иероглифической письменности, а главное – будешь беспрекословно повиноваться достойным людям, сверяя каждый шаг своей жизни с их мудрыми указаниями.
В этом месте оратор скромно тычет пальцем в свою персону.
Вот как-то так мне и представлялась суть конфуцианства. Описательная часть – это перечисление этических установок, очень правильных и полезных. А дальше идет простой и понятный каждому грамотному китайцу вывод о том, что все обитаемые земли можно представить себе в виде трех концентрических кругов.
Первый, внутренний, населен людьми, которые говорят на человеческом языке, пишут иероглифами, выполняют заветы Конфуция и подчиняются непосредственно императору. Только этих людей можно считать по-настоящему цивилизованными.
Далее расположен второй круг, где живут не совсем цивилизованные, то есть полудикие. Их правители признают верховенство императора и знают человеческую письменность, но народ не в курсе подобных тонкостей.
Наконец, третий круг, то есть весь остальной мир, населен просто дикарями без всяких оговорок.
Разобравшись в этой системе, я начал думать – что же она мне напоминает? И быстро сообразил – общественное устройство, описанное в романе Войновича «Москва 2042». Те самые три кольца враждебности… убери из того мира дерьмопроводы – и получится почти точная копия Китая, как он просуществовал заметную часть своей очень длинной истории.
Кстати, она действительно уходит корнями в самую что ни на есть глубокую древность, что бы ни говорили и ни писали некоторые ниспровергатели основ. Один довольно известный романист, вдруг отчего-то почувствовавший себя историком, вообще утверждал, что история Китая насчитывает от силы лет триста, а Великую стену возвели в начале пятидесятых годов по личному указанию Мао Цзэдуна. Еще только прочитав это в двадцать первом