Еретики Дюны стр. 85
как отреагирует на это Шиэна.
— И еще всегда были Данканы Айдахо, — сказала Каниа.
— Да, да, конечно, Данканы Айдахо, — Туек постарался не выдать своего недовольства. Всегда эта женщина суется! Туеку не нравилось, когда ему напоминали об этом аспекте исторического присутствия Бога на Ракисе. Возобновляемые гхолы и их положение в Святой Армии как бы давали некую индульгенцию Бене Тлейлаксу. Но никак не уйдешь от факта, что Рыбословши охраняли Данканов от любого вреда — действуя, разумеется, по приказанию Бога. Данканы были святыми, никакого в этом сомнения, но святыми особого рода. Бог сам повествует, что лично убил нескольких Данканов, явно переправляя их прямо в рай.
— Кипуна рассказывала мне о Бене Джессерит, — сказала Шиэна.
Как же мечется ум этой девочки!
Туек откашлялся, сознавая свое собственное противоречивое отношение к Преподобным Матерям. Почтение требовалось к тем, которые были «возлюбленными Бога», таким, как святая Ченоэ или святая Хви Нори, Невеста Божия — тайная Преподобная Мать. Почитая эти особые обстоятельства, жречество испытывало крайне угнетающую ответственность перед Бене Джессерит, которая материально выражалась, в основном, в продаже Ордену меланжа по смехотворно низким ценам, по сравнению с теми, что заламывал Тлейлакс. Шиэна, самым простодушным голосом, проговорила:
— Расскажи мне о Бене Джессерит, Хедли.
Туек кинул резкий взгляд на взрослых вокруг Шиэны, не улыбнулся ли кто? Он не знал, как относиться к тому, что Шиэна называет его просто по имени. С одной стороны, это было унизительно, с другой — она оказывала ему почет таким личным обращением.
«Бог тяжко меня испытывает», — подумал он.
— Преподобные Матери — хорошие люди? — спросила Шиэна.
Туек вздохнул. Все отчеты подтверждали, что Бог сохранял осторожность насчет Ордена. Слова Бога внимательно изучались, и были, в конце концов, вверены истолкованию Верховного Жреца. Бог не позволял Ордену угрожать его Золотой Тропе.
— Многие из них — хорошие, — сказал Туек.
— А где ближайшая Преподобная Мать? — спросила Шиэна.
— В посольстве Ордена, здесь, в Кине, — ответил Туек.
— Ты ее знаешь?
— Много Преподобных Матерей в Оплоте Бене Джессерит, — сказал он.
— Что такое Оплот?
— Это то, как они называют свой дом здесь.
— Какая-то одна Преподобная Мать должна быть старшей. Ты знаешь, какая?
— Я знал ее предшественницу, Тамалан, но эта — новенькая. Она только что прибыла. Ее зовут Одраде.
— Какое смешное имя.
Туек и сам так думал, но вслух сказал:
— Один из историков говорил мне, что это видоизменение имени Атридес.
Шиэна задумалась над этим. Атридесы. Это была семья, из которой произошел на свет Шайтан. До Атридесов здесь были только Свободные и Шаи-Хулуд. Устная История, которую народ сохранял, несмотря на все запреты жречества, содержала перечень родословных самых значительных семей Ракиса. В своей деревне Шиэна не раз слышала эти имена по вечерам.
«Муад Диб родил Тирана».
«А Тиран родил Шайтана».
Шиэне не хотелось спорить и доказывать правду Туеку. Да и вид у него сегодня усталый. Она просто сказала:
— Приведи мне эту Преподобную Мать Одраде.
Кипуна подняла руку ко рту — скрыть торжество злорадной улыбки.
Туек в полном ужасе отпрянул. Как мог он повиноваться такому требованию? Даже ракианское жречество не может повелевать Вене Джессерит! И что, если Орден ему откажет? Может ли он предложить дар меланжа? Это могло бы стать признаком слабости! Преподобные Матери могли начать торговаться! На свете тяжело сыскать