Еретики Дюны стр. 95
Одраде. Это пустота, которую следует заполнить. ЛИЦЕВЫЕ ТАНЦОРЫ! Одраде подумала об осмотренных ими телах. Тлейлакс, наконец, запустил в действие своих новых Лицевых Танцоров. Это было, конечно, испытание Бене Джессерит. Этих новых крайне трудно распознать. Однако, они все так же издают свой очень характерный запах. Одраде включила сообщение об этом в свой доклад на Дом Соборов.
Проблема теперь была в том, как сохранить в тайне знания Бене Джессерит. Одраде призвала связную. Указывая на вентилятор быстрым взмахом глаз, Одраде безмолвно заговорила с ней пальцами: «Убейте подслушивающих!»
— Ты слишком интересуешься Голосом, девочка, — обратилась Одраде к сидевшей в кресле Шиэне. — Молчание — это самый ценный инструмент для обучения.
— Но не могу ли я научиться Голосу? Я хочу научиться ему.
— Говорю тебе, будь молчаливой и учись молчанием.
— Я приказываю тебе научить меня Голосу!
Одраде припомнила доклады Кипуны: Шиэна утвердила эффективный голосовой контроль над большинством своего окружения. Девочка научилась этому самостоятельно. Средний уровень Голоса для ограниченной аудитории. Для нее это было естественным. Туек, Каниа и другие запуганы Шиэной. Религиозная фантазия вносила конечно свой вклад страха, но владение Шиэной высотой и тональностью голоса показывало прекрасную бессознательную избирательность.
Одраде видела со всей очевидностью как именно надо вести себя с Шиэной — честно, честность не раз срабатывала, как наилучшая приманка.
— Я здесь, чтобы научить тебя многому, — сказала Одраде, — но не буду делать этого по твоему распоряжению.
— Мне все повинуются! — сказала Шиэна.
«Она едва достигла половой зрелости, и уже на этом уровне аристократка, — подумала Одраде. — Господи, наш Создатель! Кем она может стать»?
Шиэна соскользнула с кресла и встала перед Одраде с угрожающим выражением лица. Глаза девочки были на уровне плеч Одраде. Шиэна будет высокой, от нее будет веять властностью. Если она выживет.
— Ты отвечаешь на некоторые из моих вопросов, но не отвечаешь на другие, — сказала Шиэна. — Ты говоришь, что вы давно уже меня ждете, но не объясняешь. Почему ты не будешь мне повиноваться?
— Глупый вопрос, дитя.
— Почему ты все время называешь меня «дитя»?
— Разве ты не дитя?
— У меня уже есть менструации.
— Но все равно ты еще дитя.
— Жрецы мне повинуются.
— Они боятся тебя.
— А ты не боишься?
— Я — нет.
— Отлично! Это так надоедает, когда люди только лишь боятся тебя.
— Жрецы думают, будто ты пришла от Бога.
— А ты так не думаешь?
— С чего бы мне? Мы… — Одраде осеклась, увидев, что входит послушница-связная. Пальцы послушницы заплясали, передавая ей безмолвное сообщение: «Подслушивали четверо жрецов, они убиты, все — подчиненные Туека».
Одраде взмахом руки отослала связную.
— Она разговаривает пальцами, — сказала Шиэна. — Как это у нее получается?
— Ты задаешь много неправильных вопросов, дитя. И ты еще не сказала мне, почему я должна считать тебя орудием Божим.
— Шайтан меня щадит. Я хожу по пустыне, и когда приходит Шайтан, я с ним разговариваю.
— Почему ты его называешь Шайтаном, а не Шаи-Хулудом?
— Всякий задает этот глупый вопрос!
— Тогда дай мне твой глупый ответ.
На лице Шиэны опять проступила угрюмость.
— Это из-за того, что мы встретились.
— А как вы встретились?
Шиэна запрокинула голову набок и секунду глядела на Одраде, затем сказала:
— Это — тайна.
— И ты знаешь, как хранить тайны?
Шиэна выпрямилась и кивнула, но Одраде увидела неуверенность в ее движении.