Еще не поздно. Часть I. Поколение победителей. стр. 5
Откуда ты взялся?
-- Да не бойся же! - Вот уже везу тебя домой. - Врубил передачу, и сдал на полметра назад, что бы выехать на подобие дороги.
-- Не бывает таких автомобилей!
-- А какие бывают? - ну что еще за дикий вопрос? - Да обычный я, в Екатеринбурге живу! С летающими тарелками не дружу, секреты Родины -- хотел бы продать, так все одно никто не купит.
-- Ну Волга или Победа. Они же совсем не такие! - Катерина меня явно не слушала. - Ледженд еще какой-то, музыка не наша. Надписи не русские. Да и одет ты не по
советски совсем! И вообще -- все у тебя чужое, незнакомое.
-- Да прекрати истерику! Объясни толком! - Я нашарил в двери предусмотрительно припасенный на вечер энергетик, сдернул язычок, и протянул девушке. - Вот, выпей газировки, успокойся!
-- Нет!!! - Неожиданно сильно оттолкнув баночку, она продолжила дергать дверь.
Словами тут явно не помочь, да и тянуться через ее колени к двери как-то страшновато. Выпускать ее посереть лужи тоже не вариант. Пришлось резко выехать на относительно чистое место, выскочить, обойти машину, и распахнуть дверь снаружи, освободив дорогу в лесной массив.
-- Не смею задерживать, но ради Бога объясни, что случилось! Ну не понимаю я!
Екатерина выскочила из салона, резко отпрыгнула на пару шагов, и, видя мое искреннее недоуменье, остановилась в раздумье, явно давая последний шанс все объяснить. Упускать такую возможность было по меньшей мере глупо. Вылез из машины, но подходить предусмотрительно не стал.
-- Меня зовут Петр Воронов, 28 лет, занимаюсь строительством компьютерных сетей, вот как раз с монтажа и еду. - Если от такого начала не сбежала, можно продолжить. - Живу в Екатеринбурге, на ЖБИ. Не женат. Тачка -- обычная Toyota RAV4, японская, 2000 года издания. Смарт Legend, ну это телефон такой. У вас что, тут даже сотовых нет что ли?
-- Нет... - Она с крайне задумчивым выражением лица продолжила, - я тут учительницей работаю в школе. Математичкой. Закончила в прошлом году пед в Свердловске, и по распределению попала сюда, в Н-Петровск.
Она замолчала почти на минуту, переводя взгляд с машины на меня, потом опять на машину... Но только я собрался вывалить очередную благоглупость, продолжила, - а сейчас 1965 год. И гордо добавила, - живу в СССР.
Не знаю, как должна называться такая немая сцена, но мне резко стало не до театральных эффектов. Молча повернулся, и пошлепал на водительское место прямо через грязь. Влез в знакомый и ставший внезапно очень близким салон, одним глотком высадил отвергнутую дамой банку Редбула. В голове пролетали мысли -- о родителях, которые едвали дождутся от меня телефонного звонка. Да и вообще, не дождутся. Младшей сестренке, которая не сильно-то меня жаловала последнее время, но реально переживать будет не меньше матери. О интернете, которого еще нет и непонятно когда будет. О советских компьютерах, самых больших в мире. О подруге, впрочем, вот уж кто не пропадет без меня... Все это смешалось в коктейль, и давило на мозг не хуже литра водки. Хотелось выть, ругаться матом, плакать, кататься по земле, драть ногтями обшивку салона, и