Библиотека

Еще не поздно стр. 13

Размер шрифта
-
+
Тема

соображений маскировки. Мне это казалось диковатым, но Екатерина относилась к шпионам очень серьезно. Или к бывшему мужу. Впрочем, тут деревня, не Москва, всем есть дело до всего, жители любую странность подметят почище пограничной собаки. После пробуждения тоже было как-то не до разглядывания местных достопримечательностей, уж слишком на мозг давила жидкость.

А тут зашел в дом, и просто уперся в огромную русскую печь, оштукатуренную светло-синей известью. Чуть наискость от входной двери к ней была прислонена деревянная лестница с тремя широкими удобными ступенями, окрашенная коричневой краской. Сверху, за краем затертых до черного блеска животами и задницами кирпичей, виднелись какие-то куски зимней одежды. Из нескольких ниш в полкирпича выглядывали шерстянные носки, варежки, какие-то полотенца или портянки.

На кухне - огромный проем в печи, на нем стоят здоровенные пустые чугунки, среди них как летающая тарелка на в окружении танков - обычная алюминиевая кастрюля с кучкой некрупных картофелин «в мундире». На столе, застеленном белой, чистой до хруста скатертью, наполовину полная литровая банка молока, родная сестра той, что вчера пили в машине. Похоже, о моем обеде позаботились, вареная картошка с солью, вполне современно. Неужели хозяйка с утра специально для меня застелила стол? На всякий случай поел над лавкой у окна, пролить молоко на чудо ручной стирки - как прибить витую пару гвоздями к стене.

Пока жевал, разглядывал отрывной календарь, который показывал на листочке 22 мая, субботу, а так же портрет Виктора Гюго (с подписью, а то ктож его узнает у нас в лицо), и напоминание о дате смерти великого писателя Франции. Ниже - подробные данные о восходах, заходах солнца, что-то про луну, и прочую астрономию. Дата на следующем листочке была выполнена в красном цвете, воскресенье. Кроме этого была изображена какая-то партийная трибуна. Листанул, полюбовался на картинки машинок, самолетиков, шахматных и шашечных досок, головы людей… Машинально сделал отметку - подумать о стартапе «веб-отрывных календарей», которые можно ставить

виджетом на десктоп, и поутру смачно отрывать мышкой листочек.

После нехитрой еды осмотрел единственную комнату, разделенную дощатой стеной-ширмой с широким проемом на две части. Площадь небольшая, квадратов 15-16. Оштукатуренный все в тот же синеватый цвет стены, низкий, метрах на двух, дощатый потолок со здоровенной балкой посередине, и единственной лампочкой без абажура. Внешняя крученая проводка на фарфоровых изоляторах, квадратный черный выключатель, рядом с ним, как издевательство, круглая розетка белого пластика.

Пол, о, это чудо заслуживает отдельного описания. Он монументален, сделан из широченных, более полуметра, половиц, неровно уложенных, и вдобавок слегка разбухших и выпирающих на стыках. Воспринимать его как что-то монолитно-единой сложно, для перехода с одной на другую надо приложить некоторое интеллектуальное усилие.

На окнах, примерно от половины, шторки-задергушки из пестрой ткани на леске. Верхняя часть закрыта чем-то вроде толстой тюли с крупным рисунком. Икон нет, только квадратики невыгоревшей краски, но полочка в наличии, на ней гипсовый бюстик Ленина и какая-то книга. Нет, не библия, и даже не материалы 20-го съезда, не Ленин и не Маркс. «Лезвие бритвы» Ефремова, огромные золотистые буквы на затертой темно-синей обложке. Вот уж чего не ожидал, наверно, в этом доме и Туманность Андромеды читали. Зря думал, что Катя «Аватара» понять не сможет, после таких-то книг он как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.