Еще не поздно стр. 55
каждый год. Говорит, так удобнее дополнять если что-то вспомнит. Факты без точной привязки к дате разнес по всем листам вероятного диапазона. Очень жалеет, что нет множительного устройства Xerox, в его времени такие в каждой конторе. Но тут Катя помогает, все красиво переписывает в двух экземплярах.
- А зачем же от 1945? - Удивилась Вера, - нам без него все известно.
- Говорит, его версия истории может быть искажена, даже пошутил, - Александр зло вытолкнул слова, - Россия, страна с непредсказуемым прошлым.
- Как так? Ничего не понимаю. - Да ты присаживайся пока за стол!
- Считает, что было очень много коньюктурных правок, даже профессиональные историки подчас не могут отличить правду от вымысла.
- Все равно, не понимаю, - нахмурилась жена.
- Зная, в какую сторону составители его учебников смещали «акценты» с 45 по 65, проще понять точную картину будущего.
- Ммм… Но это очень приблизительно все.
- Да, слишком сложно. Но хуже точно не будет.
- Это же хорошо? - Вера еще раз внимательно посмотрела на мужа, - почему на тебе лица нет?
- На этом он не остановился, и подготовил план «Большого цифрового скачка».
- Прямо как Мао Цзедун! - Вера разлила по тарелкам горячий рассольник, - поешь, Егоровна сварила только что.
\\\Большой скачок - попытка форсированной индустриализации, предпринятая Китаем в 1958-1960 году. Настоящая катастрофа, голод, потери населения оцениваются в 20-40 миллионов человек.\\\- Да, почти. - Александр зацепил полложки из сметанницы, размешивая суп резкими короткими движениями, продолжил. - Кстати, по Китаю Петр описал просто фантастические изменения в политике и экономике, какую-то Культурную революцию, которая все изменит. Причем очень скоро, по его листкам она вообще с 63-го по 73-ый.
\\\Культурная революция в Китае, 1965-1976 годы\\\- Ну, Китай не США, как выращивали свой рис за великой стеной, так и продолжат следующие сто лет. Тем более дурак Мао отказался от нашей помощи.
- Ты лучше прочитай пока, - Шелепин достал из брошенной на
угол стола кожаной папки десяток плотно исписанных листков, - что он предлагает делать.
Вера Борисовна перевернула последний лист как раз к чаю. Который мужу заваривл самостоятельно. Впрочем, точно так же ему ранее пришлось положить в свою тарелку аккуратно разбитого на молоке и сливочном масле пюре, кусочков гуляша, соуса…
- Ну как? - Спросил Александр, пододвигая жене чашку с уже положенными двумя ложками сахара.
- Масштабно, ничего не скажешь. Твой Буковский по сравнению с ним сущий ангел.
\\\Буковский, Владимир Константинович, один из основателей диссидентского движения в СССР. Провел в заключении и на принудительном лечении с 1963 по 1976 годы около 12 лет.\\\- Не мой он, - отмахнулся, - смешно, но при этом Петр совершенно искренне хочет нам помочь. По крайней мере, вручал свою писанину с гордостью.
- Можно понять, для него КПСС и СССР уже не существуют. - Вера потянулась за пряником, но муж подал быстрее. - Нам невозможно поверить в скорый развал, а для него он неизбежен. Нет, он уже случился!
- При этом ему хватает ума понимать, что на сегодня иной реальной силы в стране нет. - Александр задумчиво покрутил в руках кружку, - создается ощущение, что мы для него только средство. Ему вообще все равно, что будет с партией и Союзом. Волнует только