Если с Фаустом вам не повезло… стр. 121
вмешается в ход событий и испортит ему игру, прервав Тысячелетнюю Войну. Когда затрагивается честь демона, нужно действовать очень осторожно.
Фауст повернулся и вышел прочь. Маргарита, которой, очевидно, уже наскучило ждать, подбежала к нему и спросила:
– Ну, что?
– Ничего, – ответил Фауст.
– Что значит «ничего»? Разве ты не сказал ему, кто ты такой?
– Сказал.
– Тогда почему ты не занял его место?
Фауст остановился и строго посмотрел на девушку.
– Все гораздо сложней, чем ты думаешь, – ответил он. – Сначала я должен поговорить с Мефистофелем. А с ним я пока еще не встречался.
И он зашагал дальше, но тут дорогу ему преградили трое солдат в железных шлемах, вооруженные копьями.
– Эй, ты! – окликнул Фауста один из них.
– Я? – спросил Фауст.
– Здесь больше никого нет, кроме нее, но я не к ней обращаюсь.
– Ну, – сказал Фауст, – так что вам от меня нужно?
– Ты что здесь делаешь?
– Вас это не касается, – ответил Фауст. – Разрешите пройти.
– Нам приказано глядеть в оба за такими, как ты. Шатаются тут всякие по лагерю… Тебе придется пройти с нами. Вместе с нею, – он кивнул в сторону Маргариты.
Фауст понял, что неосторожные слова могут погубить его. Вспыльчивость и высокомерие были серьезными недостатками профессора алхимии Ягеллонского Университета. (Мак, к своему счастью, не обладал этими отрицательными
свойствами неукротимого фаустовского духа.) Решив исправить свою ошибку, Фауст сказал:
– Господа, я сейчас вам все объясню…
– Разговаривать будешь у капитана, начальника караула, – ответил солдат. – Марш вперед, да смотри, без фокусов, не то я ударю тебя копьем!
И они увели Фауста вместе с Маргаритой.
Глава 4– Что новенького? – спросил Мак, как только Фауст вышел из его шатра.
– Важные новости, мой господин, – сказал Василь. – Сам дож Энрико Дандоло хочет видеть вас. Вы должны явиться к нему как можно скорее.
– Как?.. Правда?.. А как ты думаешь, чего ему надо от меня?
– Мне он, разумеется, ничего не сказал. Но у меня есть кое-какие соображения на этот счет.
– Что ж, поделись со мной своими мыслями, добрый слуга, пока я буду умываться и приглаживать волосы.
И Мак приступил к своему туалету, жалея о том, что Мефистофель и ведьмы, колдовавшие над его внешним обликом, не снабдили его сменой белья.
– Ну, так что из себя представляет Энрико Дандоло? – спросил он.
– Это грозный старец, – ответил Василь. – Как венецианский дож, он командует отборной частью христианского войска. Его солдаты очень дисциплинированы и хорошо обучены. Венеция пополняет наши продовольственные запасы и поставляет нам другие необходимые товары. В ее руках находится транспорт. Все, кто принимает участие в этой кампании, в какой-то мере зависят от Венеции, и я думаю, что венецианцы не упустят случая напомнить нам об этом. Сам Дандоло слеп и немощен телом, как человек, которому давно уже перевалило за восьмой десяток. В таком возрасте знатные господа удаляются на покой, к родному очагу, и слуги подают им по утрам овсянку в постель. Но не таков Энрико Дандоло! Весь путь из Европы до стен Константинополя он проделал верхом, вместе с войском. Под Сабо его видели в первых рядах гвардии, где он призывал воинов покорить этот венгерский город, если они хотят, чтобы Венеция приняла участие в Крестовом походе. В конце концов им пришлось подчиниться. Конечно,