Если с Фаустом вам не повезло… стр. 211
пришел сюда. Я хотел бы получить ваш автограф, Марко.
– У вас есть моя книга?
– Да, это поистине самое дорогое, что у меня есть… Точнее, было, поскольку эти негодные арабские воришки стащили у меня единственный экземпляр, когда я проезжал через Приволжскую возвышенность.
– Напоминает приключенческий роман, – усмехнулся Марко.
– Нисколько, – возразил Мак, прекрасно помня о том, кому отводится роль главного придворного лгуна. – Самое обычное мелкое воровство, ничего больше. Очень жаль, что у меня не сохранилась эта книга. Осмелюсь попросить вас об одной любезности – начертать вашу подпись на листочке бумаги. Я вклею этот листок в книгу, когда мне удастся раздобыть еще один экземпляр.
– Может быть, у меня сохранился один экземпляр, – сказал Марко, теряя интерес к беседе. – Я могу уступить его вам.
– Ваш единственный экземпляр! Как можно! Я никогда не решусь воспользоваться вашей добротой! – воскликнул Мак.
– Если хотите знать, у меня хранится несколько экземпляров моей книги, – зевнув, ответил ему Марко.
– Это большая честь для меня – получить книгу из ваших рук, – слова полились из уст Мака подобно струе воды, бьющей из фонтана. – Надеюсь, вы окажете мне еще большую честь, позволив сопровождать вас и ограждать от тех, кто плетет гнусные интриги вокруг столь славного человека, как вы.
– Интриги? – переспросил Марко. – Как вы смогли узнать о них – ведь вы совсем недавно появились при дворе?
– Очень просто, – сказал Мак. – Всякий, кому посчастливилось обладать столь тонким умом, как ваш, и стяжать великую славу, непременно наживает при дворе много врагов. Я почту за счастье служить вам и охранять вас.
– Если вы действительно хотите помочь мне, то, пожалуй, вы можете кое-что сделать.
– Я к вашим услугам.
Марко размышлял несколько секунд, затем произнес:
– Я полагаю, что, будучи офирским послом, вы владеете многими иностранными языками.
– Это обязательное условие для каждого, кто хочет занять должность посла, – ответил Мак, поклонившись.
– Мне известно, что вы знаете немецкий, французский, монгольский и персидский.
– Это весьма распространенные языки, и знать их необходимо.
– А как насчет тюркских языков? Турецкого? Фарси? Туркменского?
– Полагаю, я сумею с ними справиться.
– А с языком племени пушту?
– Я не совсем уверен… Не будете ли вы любезны произнести несколько слов на этом языке – мне легче воспринимать слова на слух, чем рассуждать о лингвистических тонкостях.
– Хорошо, – ответил Марко. – Слушайте.
Выпятив губы, он издал несколько странных звуков. Это должно было означать: «Вот несколько слов на языке пушту».
– Да, – сказал Мак. – Я понял.
– Вот и хорошо, – сказал Марко. – Принцесса Ирена говорит только на языке пушту, не утруждая себя изучением монгольского. Ей не с кем разговаривать, поскольку никто не владеет языком, на котором говорит принцесса.
– Кроме вас, разумеется, – вставил Мак.
– К сожалению, я не могу похвастаться знанием этого языка. Единственная фраза, которую я разучил, это «Вот несколько слов на языке пушту». Изучение иностранных языков отнимает очень много времени, вы знаете, а я постоянно занят.
– Очень жаль, – ответил Мак.
– Но ваше знание языка пушту очень кстати, – продолжал Марко. – Я хочу, чтобы вы пошли к принцессе и побеседовали с ней. Ей будет приятно поговорить на своем родном языке. И, конечно, ваш рассказ об Офире, об обычаях и нравах этой страны, немного развлечет ее.
– Я думаю, не стоит занимать принцессу