Если с Фаустом вам не повезло… стр. 386
пропадом со своими непонятными принципами и законами! Мы и без вас управимся!
– Сгинь! – закричали в один голос архангел Михаил и Мефистофель.
Фауст и маги не дрогнули.
– Пусть Ананке, всеобщий судия, решит, как быть, – сказал архангел Михаил.
Фауст повернулся к трону, на котором сидела Маргарита – прямая, бледная, неподвижная.
– Ананке, ты же видишь, что я прав!
– Да, Фауст, ты, несомненно, прав, – ответила она.
– В таком случае ты должна решить спор в мою пользу.
– Нет, Фауст, я не могу этого сделать.
– Но почему? Почему?
– Потому что быть правым – еще не означает выиграть спор. У Необходимости свои законы, и правда – лишь один из них. Ты не обладаешь всеми достоинствами избранника Судьбы.
– Какими же это достоинствами я не обладаю? – удивился Фауст.
– Во-первых, добротой и сердечностью. Ты бессердечное существо, Фауст. Во-вторых, способностью любить. Ты никогда никого не любил. В-третьих, способностью сострадать и сопереживать. Ты абсолютно глух к людским горестям, ты поглощен только своими собственными проблемами. План, предложенный Одиссеем, – это возврат к прошлому, проникнутый ностальгической тоской по Золотому Веку; ты же призываешь к анафеме. Ты проиграл, Фауст, несмотря на все твои героические усилия. Тебе не править миром.
Из зала донеслись возгласы:
– Но кто же в конечном счете победил – Свет или Тьма?
Ананке окинула взглядом аудиторию, и публика вновь примолкла.
– Всему свое время. Подведем итоги. Начнем с самого начала. Предложение Одиссея призвать древних богов и обратиться к старой религии – лишь сентиментальная попытка ухода от реальности, которая не решит всех проблем. Как нельзя войти в одну и ту же реку дважды, так нельзя воскресить прошлое. Древние боги ушли, и они не вернутся назад. Что касается Фауста, претендующего на роль вашего нового лидера, то нужно сказать, что он очень бесчувственный, безразличный ко всему человек. Его не волнуют людские судьбы, и вряд ли он станет по-настоящему заботиться о человечестве. Я вижу, еще несколько ораторов просят слова, но я оставляю их просьбы без внимания.
Теперь перейдем к Тысячелетней войне. Я должна судить то, что было и то, что будет. Как известно, Мак, представлявший человечество в данном споре, должен был сделать свой выбор в пяти предложенных ему ситуациях. Каждый из его поступков может быть подробно разобран и оценен по многим критериям. Можно взвешивать на весах правосудия причины и следствия, влияние города и деревни, а также много других категорий, образующих диалектический хаос вокруг каждого конкретного дела или предмета. Предоставим Добру и Злу разбираться в этом хаосе на протяжении следующей эпохи. Вот мое окончательное решение:
Первый эпизод, Константинополь. Маку не удалось спасти чудотворную икону – она погибла в огне. Город был разграблен теми, кто явился под его стены в качестве защитников справедливости. Очко в пользу Зла.
Далее. Кублай-хан теряет свой волшебный скипетр. Эта потеря лишает монгольские полчища удачи на поле боя. Западным народам уже не угрожала столь сильная опасность. Очко в пользу Добра.
Третий эпизод, Флоренция. Чудесная картина была спасена от огня. Лоренцо Медичи и Савонарола, оба жестокие и упрямые люди, принесшие в мир больше зла, чем добра, умерли безвременной смертью и тем самым избавили мир от многих несчастий. Очко в пользу Добра.
Четвертый эпизод. Зеркало доктора Д было отнюдь