Если снежинка не растает... стр. 14
и направилась в сторону ворот. Вот только… Фрося совершенно не подумала о том, как эти самые ворота будет штурмовать, ведь те были высотой в два метра и Демид их вчера открывал с брелока. А сейчас у нее ни ключей, ни даже намека на какую-то человеческую калитку не было.
Ефросинья стояла у забора минут пять раздумывая, не поискать ли ей где-то в другом месте нормальный проход. Это же не тюрьма, а загородный дом, куда простые смертные тоже должны заходить.
Но, едва она двинулась вдоль забора, как из дома выскочил Демид.
- Фрося, стой! – Завопил он… несясь босиком по снегу и в одних трусах на голое тело. Девушка остановилась и открыла рот от такого зрелища. – Ты куда?!?
- Я домой. Ты… босиком, - заметила она, когда он подбежал.
- Мы же договорились, что вместе заедем к твоим родителям, - проворчал парень, схватил ее в охапку и едва ли не вприпрыжку ринулся обратно в дом.
Фрося настолько растерялась от всего происходящего, что даже не пикнула, когда ее внесли в дом и сняли верхнюю одежду.
- Постой, - отмерла она, когда ее сапожки уже были убраны на место, а Демид перестал так откровенно стучать зубами от холода. – Как ты узнал, что я не в доме?
- По периметру забора у меня стоит сигнализация, - парень быстро огляделся и потащил ее на диван, что стоял рядом с тем столиком… у елки. Тут-то он и увидел пачку денег, которая сиротливо лежала на столешнице. – Фрося! – Строго протянул он. Девушка поежилась. – Это что? – Голос его стал совсем угрожающим.
- Д-деньги, - выдавила она из себя. – За кольцо, - добавила, понимая, что ситуацию можно сделать еще хуже.
Демид тут же взял ее за руку (ту самую, что с кольцом-снежинкой), поцеловал костяшки пальцев и сел на диван, посадив при этом Фросю на свои колени.
- Не вздумай больше мне давать какие-то деньги. Никогда! – Сказал он так, что девушка тут же зареклась обсуждать с ним какие-либо финансовые темы. – Это я должен тратить деньги на свою женщину, а не наоборот.
Его женщину? Фрося вдруг почувствовала, как начинает щипать в носу.
- А…? – открыла она рот.
- Моя женщина – это ты! – Безапелляционно сообщил ей Демид. – Сейчас ты ко мне немного привыкнешь, а потом дату выберем. И сегодня, когда поедем к твоим родителям, надо будет вещи твои собрать, чтобы сюда перевезти.
- А…? – Снова попыталась вставить Ефросинья.
- Нет, я не собираюсь просыпаться по утрам без тебя. Мне сегодня хватило, - с обидой в голосе признался он.
- Но….
- Нет, не отпущу. Ты – моя! Все! – Проворчал он, прижав ее к себе так, что она даже охнула.
- Но Майя сказала, что ты не…, - попыталась она все же разговорить Демида.
- Ты думаешь, что я с ней был такой же? – Совершенно искренне возмутился он. – Фрось, она с теплотой во взгляде на меня ни разу не взглянула. Я долго не понимал, зачем нам вообще эти отношения, а потом, когда узнал правду, то испытал неподдельное облегчение