Библиотека

Если влюбишься – молчи! стр. 49

Размер шрифта
-
+
Тема

училок как-нибудь неожиданно. Надежду Ивановну в столовке заснял, когда она Феклистова чуть ли не с ложечки геркулесовой кашей кормила. Помнишь, все потом смеялись, когда эту фотографию в газету поместили?

– А Оксану-то как сфотографировал, – Пивоваров нетерпеливо вернул Сашку к гораздо более интересному для себя предмету.

– Случайно. Вообще-то, у меня тогда еще и мысли о шантаже не было. Просто шел по коридору и увидел, что дверь в кабинет биологии приоткрыта. Я подошел к щели, навел фотик и сфотографировал. Я даже не сразу понял, что там не Эмма. А когда увидел, что это Ксанка, второй снимок сделал уже целенаправленно: сразу понял, что получу компромат на нее. И вообще… тогда как-то сама собой и зародилась мысль, как вас всех можно… ну, в общем… ты понимаешь…

– Но… ты же не думаешь, что Оксана в самом деле украла деньги?

– Зачем мне что-то думать, если я точно знаю, кто их взял.

– Кто?

Семенов молчал. Леня в волнении даже привстал со ступеньки.

– Сашка! Неужели все-таки Гийка?

– Ну… раз ты сам догадался… – Семенов кивнул. – Да, их взял Сохадзе.

– Но зачем ему? – выкрикнул Леня. – Не понимаю! У него всегда денег – полны карманы!

Сашка молча смотрел на Пивоварова, и тот вынужден был опять спросить:

– Но… с чего ты взял, что это Сохадзе? Ты не мог ошибиться? Может, все-таки не он?

– Ошибиться я не мог, потому что… словом… я его видел…

– Как? – Леня совершенно растерялся. – Где видел?

– В кабинете биологии. Я видел, как он вытаскивал из кошелька Эммы ее зарплату.

– Не может быть… Где же ты сам был? Неужели он на твоих глазах тащил деньги?

– Конечно, не на моих. Говорю же, дуракам везет… Это я про себя… Все произошло в один и тот же день, когда я бегал за учителями с фотоаппаратом. Я все никак не мог сфотографировать Эмму. После нашего урока я незаметно проскользнул в лаборантскую, надеясь ее снять оттуда в какой-нибудь непринужденной позе. Когда все наши ушли, Эмму из кабинета напротив позвала англичанка. Эмма выскочила, оставив дверь открытой. Я уже хотел выйти из лаборантской, чтобы сфотографировать одновременно англичанку и Эмму, когда в кабинет влетел Сохадзе.

– Влетел… И что? – Леня все еще надеялся, что Сашка расскажет как-нибудь так, что Гийка окажется ни в чем не виноват, но надежды эти не оправдались.

– Я уже сказал: он полез к Эмме в сумку, вытащил кошелек, а из него…

– Ты его тоже заснял? – раздраженно перебил его Пивоваров. – У тебя есть неопровержимые доказательства?

– Я его не снимал, и никаких неопровержимых доказательств у меня нет, но… я все видел.

– Может, ты специально наговариваешь на него из мести? – хватался за соломинку Леня, потому что Сохадзе всегда был ему симпатичен, хотя задушевными друзьями они с ним никогда не были.

– Возможно, я – мерзкий шантажист, но не… сволочь… – дрогнувшим голосом ответил Сашка.

– Гийка знает, что ты его видел?

– Естественно.

– Ты сразу вышел к нему из лаборантской?

– Еще чего? Разве Сохадзе меня испугался бы? Я поступил с ним почти, как с Оксаной… И теперь он тоже живет в постоянном страхе разоблачения. Это моя месть ему. – Губы Семенова нервно дернулись.

– За посылку?

– И за нее тоже. А еще он меня в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.