Эта горькая сладкая месть стр. 220
Небось боялась к почтовому ящику подойти.
– Как же узнали, что это Пискунова?
– Сама, глупенькая, не выдержала и Жанке растрепала. Страшный скандал вспыхнул. Пришлось Танюшке из лаборатории уходить, но у нее папуля – генерал, так что просто перевелась на другое место. Алик не захотел с влиятельным отцом ругаться. Это ведь как борьба тигра со слоном, еще вопрос, кто кого поборет!
Поблагодарив подругу за классные сплетни, я собралась спокойненько попить чайку, но тут заорал пейджер. Честно говоря, мне немного надоело изображать "казанскую простушку", следовало взять тайм-аут. Зажав нос пальцами, я заскулила в трубку:
– Здравствуйте, Виолетта Сергеевна, это Даша Васильева…
– Бог мой! – ужаснулась старушка. – Что у вас с голосом?
– Не знаю, – нудила я, – похоже, простудилась где-то. Когда приезжать к Альберту Владимировичу?
– Нет, нет, – испугалась профессорша бациллоносительницы, – спокойно болейте, надеюсь, к понедельнику поправитесь.
Так, сегодня пятница. Есть три абсолютно свободных дня, их следует провести творчески.
Выгнав из гаража довольно грязную "Вольво", я не стала тратить время на мытье машины, а поехала в магазин "Бауклотц". Потом, с набитым багажником, рванула к Роме в УУ2167.
Теперь я уже хорошо знала правила игры и табличку с надписью "Режимная зона" проехала с ветерком. У КПП лихо затормозила, высунулась в окошко и крикнула удивленному дежурному:
– Слышь, сынок, скажи начальнику Андрею Михайловичу, что приехала тетя Ромы Виноградова и привезла стройматериалы.
Через десять минут бравые мальчики в камуфляже принялись таскать мешки с побелкой, банки с краской и ящички с гвоздями. Увидев замечательную электродрель в чемоданчике, Андрей Михай лович затаил дыхание и с несвойственной его чином робостью осведомился:
– Это нам насовсем дарите или только попользоваться?
– Насовсем, – гордо сообщила я, – и вот еще наборчик.
Начальник кинул быстрый взгляд на аккуратный сундучок с инструментами фирмы "Партнер" и быстро сказал:
– Сдайте передачку, потом идите в нашу комнату для краткосрочных свиданий. Велю, чтобы по первой форме пообщаться разрешили.
Услужливые милиционеры вытащили баул с продуктами, и я тихо села возле окошка. Веселая девушка Антонина ловко принимала кульки и пакеты. Впереди меня сидело трое. Две скромные, плохо одетые женщины и парень – весь в цепях, браслетах и наколках.
– Кормят тут неплохо, – вздохнула одна из женщин, – только однообразно. Мой пишет: все перловка да перловка, иногда ячневую дают.
Другая тетка фыркнула:
– А вы чего ждали? Бутербродов с севрюгой? Спасибо, что кашу дают, вон в Бутырке такое разносили, собаки и те жрать не хотели.
– И белья постельного нет, – опять начала сокрушаться первая.
– Да бросьте, мамаши, – сообщил "браток", – зона, она и есть зона, не санаторий. Я вот только одно место знаю, где сидеть приятно, – Лефортово. Сам не бывал, но кореша рассказывали: камеры на двоих, белье чистое, подушки, одеяла, суп куриный дают, и конвой не дерется.
– Сыночек,
– робко осведомилась одна из теток. – что же надо сделать, чтобы туда попасть?
– Родину продать! – емко резюмировал браток.
Тетки вздрогнули, я засмеялась, но тут Антонина высунула в окно кудлатую, сожженную химией голову и выкрикнула:
– Васильева, давай передачку!
Я принялась метать на прилавок продукты.