Это ему ни к чему стр. 143
Вот здесь у меня двадцать пять. – Он вытащил длинный конверт из кармана и положил на стол.
– Открой его, – приказал Дюффи.
Глеазон попытался сделать это, но пальцы ему не повиновались. Дюффи вырвал конверт из рук и высыпал деньги на стол. После этого он сгреб их и сунул в карман. Вытащив записную книжку, он бросил ее Глеазону.
Глеазон посмотрел на него с таким удивлением, что Дюффи не мог удержаться от улыбки.
– Ты что, думал, все только и делают, что обманывают друг друга?
Глеазон начал лихорадочно листать записную книжку, а Дюффи тем временем вытащил из-под дивана пистолет, вынул обойму, проверил, нет ли патрона в стволе, и бросил разряженное оружие на пол. После этого он сунул свой револьвер за пояс и поправил куртку.
Глеазон поднял глаза.
– Впервые в жизни со мной играют по-честному, – сказал он.
Дюффи с иронией глянул на него.
– Рано радуешься… Вряд ли этот список долго пробудет в твоих руках. За ним охотится Морган.
Глеазон испуганно вскочил.
– Морган? А откуда он знает о его существовании?
Дюффи пожал плечами.
– Это я сболтнул лишнее. Но в любом случае это сейчас ваши заботы. – Он направился к двери. – Осталось обсудить еще пару нюансов, и я ухожу.
Глеазон застыл посреди гостиной с записной книжкой в руке, уставясь в пол неподвижным взглядом. Дюффи глянул на него, пожал плечами и открыл дверь.
За дверью стояла Аннабель, и ее полицейский револьвер 38-го калибра был направлен прямо в живот Дюффи.
Дюффи быстро поднял руки.
– Выше, выше! – с иронией сказала Аннабель.
Подошел Глеазон и вытащил из-за пояса Дюффи его «кольт». После этого тихо произнес:
– Возвращайся!
Дюффи без слов повиновался. Аннабель прошла вслед за ним. Она была очень бледна, в уголках губ собрались морщины. Она выглядела старухой, но глаза пылали гневом и оттого казались молодыми. Глеазон положил револьвер Дюффи в свой карман, после этого засунул руку в карман пиджака Дюффи и вытащил деньги. Криво улыбнувшись, он сказал:
– Мне очень жаль…
Дюффи не спускал взгляда с Аннабель.
– Поторопись меня пристукнуть, иначе умрешь ты, – прошипел он сквозь стиснутые зубы.
– Садись! – приказала Аннабель.
Дюффи сел, так как сам хотел этого, а не потому, что послушался ее приказа. Она повернулась к Глеазону.
– Включи радио!
Тот посмотрел на нее с удивлением, но подошел к радиоприемнику и включил его. Для этого ему пришлось повернуться к Аннабель спиной, так как радиоприемник находился за спиной Дюффи. Едва он это сделал, Аннабель напряглась, в глазах ее появился дикий блеск, зубы обнажились. Дюффи все понял. Он предостерегающе закричал, и в этот момент Аннабель
дважды выстрелила в своего компаньона. Глеазон повернулся, глаза его удивленно расширились, лицо исказилось от боли, и в следующее мгновение он упал, потянув за собой радиоприемник.
– Замри! – Дуло револьвера смотрело прямо в лоб Дюффи. Тот молча смотрел на тело Глеазона, лежащее на полу. Затем произнес, едва шевеля губами:
– Бедный идиот!
– Я давно ждала удобного случая избавиться от этого недотепы, – сказала Аннабель.
– Тебя поджарят на электрическом стуле, – сказал Дюффи.
– Неужели? – рассмеялась она. – Так ты до сих пор не понял смысла всего этого? Убийцей Глеазона в глазах полиции будешь ты, а не я. Я сейчас разыграю эту сцену как по нотам.
Она наклонилась