Это по-настоящему стр. 179
его лицо меняется от нахлынувших эмоций. – Я так по тебе скучал!
И я вдруг понимаю: я правильно сделала, что приехала. Мне совершенно все равно, что таблоиды напишут завтра. Все эти сообщения в «Твиттере» о том, какая я глупая, некрасивая и недостойная самого Окли Форда, ничтожны – его улыбка, счастливое выражение его лица отменяют все.
Может, я и не умею играть на гитаре и не способна взять ни одной ноты, мое будущее туманно и я понятия не имею, что ждет меня впереди. Но я точно знаю, что хочу войти в будущее рука об руку с ним, Окли Фордом.
Мои пальцы скользят вниз, и я беру его за руку, а потом в присутствии нескольких посторонних людей, один из которых, скорее всего, журналист, если учитывать, с какой скоростью он набирает текст на своем телефоне, говорю ему то, что так боялась сказать.
– Я тоже по тебе скучала. И мне было без тебя так плохо. И… – Я вздыхаю. – И…
Черт, почему у меня не получается это произнести?
– Что? – поддразнивает он.
Похоже, он не собирается упрощать мне жизнь. Но ведь все самое ценное всегда требует жертв, разве не так? Он точно этого стоит, даже если сам об этом не подозревает.
– Это хорошо, – я понижаю голос, потому что вокруг люди, – что мы разорвали контракт. Ты говорил, в твоей жизни все подставное? Нет. Наши отношения – это по-настоящему.
На его губах появляется улыбка.
Толпа у него за спиной беснуется. Я слышу, как зрители в разном ритме скандируют его имя – судя по всему, они не понимают, что произошло, и беспокоятся. И это очень похоже на то, что творится со мной, – я никак не могу подобрать нужные слова, чтобы описать свои чувства.
– Не знаю, когда это случилось, но я уже давно не притворяюсь, – наконец отчаянно говорю я. – Потому что не хочу притворяться, что тебя не люблю. И что в твоем присутствии мое сердце не поет. Или что я не просыпаюсь каждое утро, чтобы скорее с тобой увидеться, прочитать твои сообщения или услышать, как ты называешь меня «солнышко».
Он ухмыляется, и я чувствую, как мои губы сами собой расплываются в улыбке. Значит, быть искренней не так уж и сложно.
– Я знаю, что могу существовать без тебя. Могу прожить прекрасную правильную жизнь. Но я не хочу правильной жизни! Я хочу, чтобы моя жизнь была беспорядочной, счастливой, несчастной, восхитительной, наполненной эмоциями, громкой – рядом с тобой!
Фанаты начинают кричать в унисон, как единый организм, и кажется, что это слышит вся планета – кроме него. В почти полной темноте у края сцены он всматривается в мои глаза:
– Значит, именно такая жизнь у тебя и будет.
К нему приближается какая-то смелая женщина:
– Ок, твои фанаты… Тебе неплохо бы вернуться на сцену.
– Иди, – говорю я. – Спой для меня.
Он сомневается, словно боится, что я пропаду.
– Я буду здесь, – говорю я.
– Обещаешь?
– Навсегда.
С сияющей улыбкой он бежит обратно на сцену, по дороге выхватывая гитару из рук техника.
Сзади подходит Тай и кладет руку мне на плечо:
– Ну ничего себе. Ты меня вдохновляешь.
– Надеюсь, что так, – говорю я, не отрывая глаз от Ока. – Потому что если