Фантастика-1965. Выпуск 3 стр. 26
современный художник, вместо того чтобы копировать природу, пытается изобразить вселенную как мощный поток изменчивых явлений, ещё не успевший породить определенные, знакомые нам формы…
– Боюсь, что мне, как технику, приходится иметь дело как раз c определенными, законченными формами, - сказал Человек, чуть улыбнувшись. - Но у каждого, конечно, свое видение мира. И свое право отстаивать его.
“Лекция о современном искусстве. В половине второго ночи. В кабинете Главы Правительства. Кто бы этому поверил?” Напряжение все росло.
– Как технику… как технику. - Премьер опять сел за свой голый странный стол. - Кстати, скажите, что такое лурдит?
Вопрос был задан вскользь, легко.
Вот он
где, главный разговор. Вот она, опасность. “Берегись, - предостерегал Человека внутренний голос, - будь осторожен! Думай над каждым словом”. Он еще не понимал, в чем дело, но весь подобрался.
Лурдит - так называлось взрывчатое вещество, над созданием которого Человек работал последний год. Эта идея созрела в нем после того, как Зверь едва не погиб, пробиваясь сквозь горные породы. Человек решил: на случай непредвиденных осложнений Зверь обязательно должен нести с собой запас взрывчатки большой разрушительной силы. Работы с лурдитом находились еще в стадии эксперимента. В печати о них не было ни слова.
– Благодарю, - сказал Глава Государства, выслушав объяснение. - Скажите, а где хранятся наличные запасы лурдита? А кто имеет к ним доступ? - В глазах его уже не было скуки, равнодушия. - А каков порядок выдачи?
О лурдите знали всего несколько человек. Доступ к лурдиту имели двое: сам Человек и Ученик.
Человек сказал:
– Доступ к лурдиту имел только я один.
Премьер облокотился о голый стол, который очень подошел бы для разделки туш. Или трупов.
– Вы уверены?
– Да.
– И никто другой? Прошу вас подумать. - Премьер был изысканно вежлив. - Я подожду.
Человек мельком вспомнил обо всех этих генералах у него за спиной, о десантниках, которые плодились и размножались в узких дольках зеркал.
Какой трудный поединок! Какой изнурительный…
“Выгораживай себя, - говорил внутренний голое. - Спасай свою шкуру. Ты ведь действительно тут ни при чем. Ты ведь ничего не знаешь”.
– Доступ имел я один.
– А допускаете ли вы, что могли иметь место случаи пропажи лурдита?
– О, - сказал Человек беззаботным голосом (может быть, чуточку слишком беззаботным), - у нас дважды была нехватка лурдита при перевешивании. Замок в этой комнате был несколько дней неисправен, так что возможно…
– Отчего не сообщили о краже, да еще повторной? Отчего храните взрывчатку такой силы в неопечатанном помещении?
– Я как-то не придавал значения… Не задумывался…
Повисло молчание. Премьер вертел в пальцах черную, гладкую, блестящую статуэтку, корчащуюся, как от боли, напряженно изогнутую, как под пыткой. Потом резким движением поставил ее на место.
– Завидую мужам науки, рассеянным, не замечающим презренной прозы. - Он улыбнулся, укоризненно покачал головой, и Человек понял: пронесло. - Если бы мы, политики, столь беззаботно и легкомысленно относились к идеям большой подрывной силы, то, возможно, Европа уже взлетела бы на воздух. И вы не имели бы удовольствия беседовать со мной в этом кабинете. По счастью, опасные идеи у нас на замке, и замок всегда исправен. - Он дружески, почти интимно взял Человека за локоть и повел