Библиотека

Фантастика-1965. Выпуск 3 стр. 75

Размер шрифта
-
+
Тема

– Не могу больше, - сказал он.

– Вот и отлично. Вот и отлично, дорогой мой.

– Хотите, расскажу еще несколько баек?

– Стоп, - сказал я. - Довольно.

– Это все пустяки, дорогой учитель. Клоунада. Я все наврал в старинном духе. Фантастика.

– Врете. Вот теперь вы врете.

– Какая разница, - сказал он, и лицо у него стало светлое и отрешенное. - Смех и слезы, дорогой учитель. Нет ничего на свете, дорогой учитель, над чем нельзя было бы посмеяться. И легче всего над слезами. Даже над трагедией Шекспира можно. Может быть, смех - это единственное, что нас отличает от животного. Смеется только человек.

– Ну, подумайте,

что вы говорите, - сказал я. - С вами всегда влипаешь в нелепые дискуссии. Вы же прекрасно знаете, что есть вещи, над которыми не посмеешься. Тот же “Гамлет”, например. Иначе я не знаю, что такое смешно.

Это была моя ошибка - которая по счету?

– Ерунда. Вы знаете, что такое смешно, - сказал он спокойно. - Вот, например, идет трагедия “Гамлет”. Принц Гамлет читает монолог “Быть или не быть”. И тут у него падают штаны… И дальше он читает монолог, придерживая штаны… А они падают и падают… А еще смешней, если они падают, когда принц проклинает свою мать, а за стенкой лежит труп Полония. А штаны все падают… падают…

– Перестаньте…

– А еще смешней, если штаны падают во время поединка с Лаэртом…

Я уже давно смеялся каким-то дрожащим козлиным смехом - я представлял себе дуэль без штанов, а в горле у меня закипали слезы. Оказывается, над Гамлетом (над Гамлетом!) можно было смеяться. Я перестал блеять и посмотрел на него.

У него широкий рот был искривлен в улыбку, а по щеке бежал ручеек. Мне казалось, что я гляжусь в зеркало.

– Вы чудовище… - сказал я.

– Я человек, - сказал он. - А вы посмеялись над предположением, может быть самым важным в истории человечества.

А что, если это всерьез? После этого я пошел к директору и все уладил. Три с половиной часа разговора - ему решили простить и на этот раз. Пусть только уедет в экспедицию.

Экспедиция должна быть чрезвычайно интересной. После этого он подошел ко мне и сказал, что не едет.

– Я совершенно серьезно, - сказал он. - Я не еду с вами в экспедицию.

Я почувствовал усталость и отвращение. Этого было достаточно даже для меня.

– …Ну что ж, - сказал я. - Вы подписали свое увольнение.

– Да-да, я знаю, - сказал он. - Мне пора уже уходить.

Я и так чересчур задержался в археологии.

Мне уже все как-то было все равно - не знаю, можно ли так сказать. Я вдруг как-то сразу понял - это же смешно, ему же действительно в науке делать нечего. То, что я смутно чувствовал, подтвердилось. Я почувствовал облегчение. У облегчения был хинный привкус.

– Могли бы хоть раньше сказать. Сколько я хлопотал за вас. Думаете, приятно?

– Я тогда еще не знал, что ухожу.

– Что же изменилось?

– Мне скучно ехать с вами. Я понял, что вы найдете при раскопках.

– Понятно. Творческий акт. Догадались, не заглядывая под землю. Так что мы, обыкновенные люди, там найдем?

– Нет уж, - сказал он.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.