Фантастика-1988,1989 стр. 436
делать более тихоходными. В полете можно рассмотреть землю- реки, моря, горы, поля и даже услышать гул двигателей: его усилили по просьбе пассажиров, чтобы иллюзия полета и возможных опасностей была полнее. Кроме того, авиапассажирам раздавались всеми позабытые замороженные фрукты в хрустящих стаканчиках и цветные леденцы на палочках. Дети ради этого просились в воздушные рейсы, топая ногами на родителей и одурманенно сверкая звездочками, готовые на все.
Пилот махолета, на котором вылетела Яа, оказался далеко не молодым. Его черные волосы стали почти полностью голубыми, лицо бороздили морщины, серебристая кожа выцвела, посерела. Но он оставался поюношески подтянутым, темно-фиолетовые глаза смотрели озорно. Вел он махолет мастерски, и Яа, не отрываясь, смотрела сквозь прозрачное днище на проплывавшую внизу землю. Чем дальше на юг уносил их махолет, тем насыщеннее красками становилась она. Вот проплыли гигантские поляны оргусов — необычных цветов, растущих лишь здесь. Их бутоны были ничем не примечательны на вид, но когда оргусы распускались, то сорванным цветком можно было легко закрыть все лицо. Лепестки переливались, искрились, словно изваянные из горного стекла, хотя были очень нежны и каждый оргус жил лишь один день. Подносить их близко к лицу не рекомендовалось. Запах оргусов был терпок и крепок — человек моментально начинал задыхаться, а глаза
слезились. Но сверху оргусы — а была пора их цветения — смотрелись живописнейшим бесконечным ковром, небрежно брошенным на сопки.
Много раз Яа видела эту картину, но восхищалась ею и теперь, хотя вдруг ясно ощутила всю ее экзотичность, которая, продлись зрелище дольше, наверное, надоела бы. Но ведь не случайно оргусы отцветают быстро!
Цветочный оазис сменила сплошная — от горизонта до горизонта — зона лесов. Привольной синей лентой они, казалось, опоясали всю землю, навевая покой и умиротворенность.
Полет увлек Яа.
«Эх, Ион, Ион! Друг, спаситель!» — по-доброму вспоминала она руководителя. Яа, конечно, разгадала потаенный смысл затеи с ее поездкой в Улу. Ион хотел, чтобы в дороге и там, среди горных отрогов, возле норовистых горных речушек и водопадов, пронзительной ночной тишины, она еще раз оценила единственность и неповторимость родной планеты.
Земля лечит. Не с тех ли стародавних времен, когда к ране прикладывали землю, сохранилось это выражение?
За такую искреннюю заботу Яа была горячо благодарна Иону. И хоть сначала отказывалась от поездки, затем решила, что она нужна ей.
Что же до Иэрга, то если вдуматься, у Яа, пожалуй, не было оснований считать его поведение из рук вон выходящим. Ведь это она не выполнила задание в космической экспедиции, она приняла сан звездной немой. Как должен поступить он? Ведь контакт со странной упрямицей мог повредить удачно начавшейся карьере. И потом, может быть, своим резким неприятием Иэрг просто подталкивал ее к операции, чтобы она стала как все? Как знать? Наверное, не все так просто. Надо ли спешить осуждать? Хотя прозревающим сердцем Яа чувствовала, Иэрг больше думает не о ней, а о себе.
Ее размышления прервал пилот. Увидев, что Яа задумалась, он тронул ее за локоть и глазами указал направо. Внизу в глубокой котловине лежало озеро, совершенно круглое, как если бы один великан обвел гигантским циркулем круг среди горных кряжей, а другой не менее сильный великан аккуратно выбил среди громад круглейшую из