Фаранг стр. 177
сердце.
Оказывается, он тоже умел ускоряться. Я отлетел к колонне, впечатался в нее спиной, слыша хруст собственных костей. Меч выпал из руки. Пробитое сердце екало и трепетало.
Душегуб навис, ударил лапой по лицу. Я покатился по плитам веранды. Он преследовал меня — бил лапой, ломая кости, пробивая плоть. Я не мог закрыться, просто не успевал что-либо сделать!
А он был силен — дьявольски, безумно!
Орнела что-то вскрикнула и смолкла.
Спящий, оставит ли демон ее в живых, после того как покончит со мной?
Нет, нет, я не могу допустить еще одной неправедной смерти!
В моей груди вспыхнул неутолимый огонь. Дикое стихийное пламя пожара.
Я завыл. Вернее, попытался это сделать своими пробитыми легкими.
Огонь в груди распространился на все мое существо.
Душегуб подкатил меня к балюстраде, за которой начиналась пристань, поддел когтистой лапой под ребра, поднял, смерил равнодушным взглядом выпученных буркал и швырнул вниз.
Вниз.
Вниз…
Я перевернулся в полете лицом к луне, открыл рот, глаза, впитывая лунный свет каждой клеткой своего изувеченного тела.
Перед тем как упасть на камни, я принял облик. Мгновенно. Быстрее, чем когда-либо раньше.
С камней поднялось существо. Огромное, рыжее, как пламя, остроухое. С клыкастой пастью. И абсолютно здоровое.
Демон приземлился рядом — но я был готов и встретил удар когтистой лапы своей лапой, когти которой напоминали кинжалы. Кольцо, понуждающее меня к рабству, превратилось в браслет, сверкающий на запястье. Я ударил Душегуба мордой, впился в костяное горло, ощутил, как под моим клыками крошатся адовы кости.
На вкус Душегуб был мерзок.
Он затрепыхался, но я держал за горло крепко, как терьер, усиливая давление челюстей, пока не перегрыз позвонки. Тогда я отпустил демона, и он пополз, волоча голову на полосках кожи. Глаза были направлены на меня.
Я прыгнул сверху и ударами когтей оторвал голову, спровадил ее в реку. Затем принялся отхаркиваться, выплевывая осколки костей и мерзко воняющий ихор.
Тело Душегуба содрогалось от конвульсий. Из обрубка шеи сочилась черная кровь. Лапы подергивались — Душегуб полз ко мне, даже без головы пытаясь атаковать, но внезапно застыл. Костистое тело на глазах стало прозрачным и растаяло. Тварь ушла из нашего мира. Навсегда ли?
Я подбежал к краю пристани, заглянул в зеркало воды, освещенное луной. Вытянутая рыжая морда, гротескный то ли лис, то ли волк, с кинжальными верхними клыками, большущим носом, огромными глазами. Я поймал собственный взгляд и отпрянул.
Нельзя долго оставаться в облике. Возвращайся!Орнела бежала по лестнице, что-то крича.
Усилием воли я погасил в груди пламя. С камней я поднялся уже человеком. Обнаженным, разумеется. Пришлось закрыться руками.
* * *— Капитан Джерико? Капитан Джерико? — Я выглядел вполне импозантно, обмотав чресла кожаной курткой Орнелы. На носу «Стрижа» засветился огонек. Мы были спасены.
42
— За мыском — аккурат Вермор, — сказал капитан Джерико, сплюнув за борт. — Средоточие морской торговли, а также речной, а также обычной. — Он указал на покатый скальный выступ километрах в пяти по курсу. На его вершине громоздился храм Спящему — за время путешествия по реке я уже научился опознавать храмы по острым башням. Лодок, тягловых барж и прочих речных посудин за ночь на Тилуанне порядком прибавилось. Вермор, не затронутый Сумрачьем, был знатной торговой