Фаза стр. 23
набитые материалом пальцы прикоснулись к очередной трещине на лице.
– Да, ты и есть противник!
Осознав, что другого шанса не будет, Артем соскочил с табурета, схватил рюкзак и прыгнул в сторону двери. Обогнув растерявшегося солдата, он помчался по темному коридору. Впереди маячил свет. В руках лежал заветный рюкзак.
Выбежав на улицу, он направился к тарелкам. Открыв блок управления, он подключил к нему шпионку и направил сигнал. Ему пришла в голову неожиданная мысль. А что если…
Распределительный щит мерно гудел. На экране мигала нижняя черточка, ожидая введения команды. Все свободное время Минин переделывал «шпионку». Теперь она могла не только отслеживать перемещение противника, но и передавать сигналы. При желании – даже в космос.
– Артем! – закричал генерал, ногой вышибив дверь корпуса.
Надо написать два слова и отключить защитный экран. Если это сработает, это будет прорыв. А если нет?
«“Дружба”, – отбили пальцы на клавиатуре, – “спокойствие”».
Отправить? Артем нажал клавишу ввода.
Поначалу ничего не происходило. За защитным экраном все так же бесновалось механическое полупрозрачное море.
Солдат успел подбежать к Артему и навести на него оружие. Осталось сделать только одну вещь, чтобы проверить, прав он был или нет.
– Больше никаких фокусов, Артем. Серьезно, пристрелю! – улыбнулся солдат.
К ним приблизился генерал. Дыхание его было сбивчивым. Черный глаз буравил инженера, отказывающегося покориться своей судьбе.
– Генерал! Вы хотели узнать, над чем я работал эти месяцы?
Военный непонимающе кивнул.
– Так смотрите! – рука провела по рычагу рубильника, выключив напряжение защитной сети.
– Не-ет! – раздался крик солдата.
– Что ты наделал, Артем? – прорычал генерал.
Купол замерцал и исчез. Гул, звучавший над базой, стих. Но противник не ринулся в атаку. Кластер, обступивший защитный купол, не двинулся ни на миллиметр. Он продолжал себя вести точно так же, словно купол по-прежнему работал.
– Ты решил убить нас всех?
– Генерал, смотрите! – солдат ткнул пальцем в небо.
Око, висевшее в небе, устремило свой единственный зрачок в сторону погасшего защитного купола.
– Бежим! – зарычал военный. – Этого хватай, он нам еще пригодится!
Солдат ткнул дулом пистолета Артему в плечо, давая понять, что шутки закончились.
Противник не проявлял агрессии, нависая над их головами. Металлические трубы сталкивались друг с другом со звоном, высекали искры и снова скрывались за полупрозрачной броней.
Шмыгнув в неприметную дверь, которую раньше Артем даже не замечал, военные первым делом основательно закрыли ее. Стальной затвор громко щелкнул, отсекая их от внешнего мира.
– Они не проявили агрессии, – прошептал Минин, но звук в абсолютной тишине оказался громким.
– Живее! – перебил его солдат, подталкивая спускаться вниз.
Они оказались в бомбоубежище. На нижнем этаже имелась разветвленная сеть коридоров, уходивших в разные стороны.
Солдат закрыл дверь, за которой начинался подъем наверх. Обреченно щелкнул механический засов. Воздух, впущенный ими в помещение, с шипением всосался в фильтры, расположенные в стене.
Артему надели наручники и провели в тесную комнату. От шершавых стен веяло холодом.
– Располагайся! – улыбнулся солдат и ударил Минина в висок прикладом пистолета.
Артем пришел в себя от холода. Руки за спиной затекли. Все время он лежал в неестественной позе.
– Спина, – простонал Минин.
Сколько времени прошло? Сколько он был в отключке? Что теперь делать?
Впрочем, он жив, и это уже неплохо. И самое главное: его гипотеза о неоднозначной природе противника нашла