Библиотека

Феодал стр. 299

Размер шрифта
-
+
Тема

растений могут раздвинуть камни, вызвав небольшой обвал. Но в этой каменоломне нет растений, и здесь не Земля. Разве что кошка, которую забыли запереть на ночь, обходит свою территорию? Но кошки, в отличие от человека, умеют ступать неслышно.

Оксана вжалась в скалу – напуганный зверек, почуявший хищника. Шум ее дыхания мешал слушать. Медленно-медленно Фома высунул голову из укрытия.

В сумерках Плоскости трудно остаться незамеченным. Соглядатай замер шагах в десяти. Серый на сером, он скорчился за угловатой глыбой. Он не видел заговорщиков, но знал, что они где-то тут.

Где-то поодаль два кота начали разборку с вокального дуэта. Любой посторонний звук помогал оставаться

незамеченными. Фома предпочел бы канонаду или рок-концерт. Орите, звери!

Замолчали…

Рука сама собой зашарила в поисках камня.

Гладкая скала. Каменная дресва, песок. И только. Хотелось крикнуть непонятливой девчонке: «Да помоги же! Найди что-нибудь! Вложи в руку!»

Соглядатай насторожился. Так же медленно, как Фома, переменил позу.

И посмотрел прямо в глаза.

Не удобный для броска камень, которого не нашлось, – Фома сам выметнул себя из каменной ниши, рискуя сломать шею, если нога не встретит опоры. Повезло. Он успел сделать два прыжка, прежде чем шпион начал реагировать. Огрубевшие ступни не замечали острой каменной крошки.

Послышался негромкий вскрик – скорее удивления, чем испуга. Соглядатай кинулся прочь. И ему, и Фоме мешала подобная балахону ряса.

Остроконечная глыба встретила голень беглеца. Удар такой силы может сломать кость. Фома выиграл еще один прыжок. Успеть, успеть, пока этот тип в растерянности, пока он не почувствовал настоящей боли, пока не завопил на всю обитель!..

Серый силуэт пропал из виду, и сейчас же откуда-то снизу послышался глухой звук падения тела. Фома с разбегу перепрыгнул через щель.

Глубокий вздох отозвался колющей болью в сердце. Не вовремя.

Наплевать. Теперь уже нет выбора. Пан или пропал.

Взобравшись повыше, Фома огляделся. Задержав дыхание, прислушался – тихо… Значит, соглядатай был один, так вас понимать?

Он вернулся к щели. Серый комок внизу лежал неподвижно. Фома постоял без толку, затем спустился в щель. Коснувшись головы лежащего, он ощутил мокрое и липкое. Соглядатай угробился сам, потому что бежал в ужасе, не разбирая дороги. Глупо получилось…

«А если бы пришлось его задушить – умнее? – подумал Фома, ожесточаясь. – А если бы он поднял шухер – умнее?»

В щель пробивался совсем уже скудный свет. Трудно было понять, с каким выражением лица отошел в иной мир послушник Елеазар. Ясно было лишь одно: выслеживая дичь, он не ожидал, что станет дичью сам. Потому и онемел на несколько бесценных мгновений – от неожиданного испуга! Так что же, он думал, что соглядатайство и наушничество ненаказуемы? Что отец Енох прикроет в случае чего? Да начхать на тебя любому из святых отцов!

Фома вытер ладони о рясу мертвеца. Чего уж теперь. Все равно завтра его хватятся и никто не поверит в случайную смерть.

Оксана дрожала на прежнем месте. Упреждая расспросы, Фома грубовато буркнул:

– Пошли. Время.

Он провел ее в стороне от трещины. Все равно девчонка, конечно, догадалась, что произошло. Тем лучше. На всякий случай он взял ее за плечи и как следует тряхнул:

– Все делаем сегодня, прямо сейчас. Только ничего не бойся.

Работники каменоломни не имели нужды

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.