Феодал стр. 379
зато зал астромедитации пустовал по дневному времени. В нем странно и волнующе пахло смазкой, применяющейся для шестерен и червячных пар полутора десятков расставленных здесь же небольших телескопов. В маленькой служебной комнатушке трудился технический директор фирмы, тоже Саша. Он не чурался черной работы и даже любил мастерить. Вокруг него были навалены всевозможные причиндалы астрономического назначения.
– Чем занят? – вопросил Игорь Вадимович.
Саша объяснил, что в данный момент он думает над тем, как приладить оптоволоконный кабель к окуляру. Другой конец кабеля оканчивался черной клистирной трубкой.
– Это зачем? – полюбопытствовал Игорь Сергеевич.
– Д-для интенсивной терапии по г-геморрою, – чуть заикаясь, объяснил Саша. – Визуал н-не всех устраивает, а п-прилаживать всякий раз пациента задницей к окуляру – это нам г-геморрой, а не им. Да и окуляр мыть потом.
Саша сморщился. Он не любил мыть окуляры, причем вовсе не из брезгливости. Крайне уважая астрономическую оптику, Саша постоянно верещал, что мытье-де портит какое-то там просветление. Теперь он, кажется, нашел выход.
– А красиво будет? – ревниво осведомился Игорь Вадимович.
– Не сомневайся, не на изоленте. П-переходники мне завтра выточат и проанодируют. Сойдут за циркониевые. П-публика будет довольна.
С шефом Саша держался на «ты». Он был не только техническим директором с правом голоса на совете и владельцем пяти процентов акций «Астропульса» – он был автором самой идеи астролечения. Почему бы, в самом деле, спектру звезды Бетельгейзе не оказывать целебное влияние на какую-нибудь человеческую хворобу, скажем, на тот же геморрой? А спектру Сириуса – на печень? Поставил несколько дешевых любительских телескопов с плохоньким часовым приводом – и врачуй. В Москве сколько угодно богатых дураков, а в особенности дур. («Они и в гороскопы верят! Но мы такой фигней заниматься не будем…») Если язвенник в течение четверти часа помедитирует у окуляра, любуясь мягким светом оранжевого Арктура под спокойную музыку, вреда его язве, во всяком случае, не будет никакого.
Наоборот, бывали случаи полного исцеления. Медицина в лице доктора Кости, наблюдающего за процедурами, втихомолку удивлялась. Когда доктор Костя уходил в отпуск или был занят обслуживанием VIP-персон, его подменял технический директор Саша. На всякий случай ему был куплен диплом фельдшера.
И технический директор справлялся с сеансами астролечения ничуть не хуже эскулапа Кости. Будучи тощим и сутулым, Саша носил специальный белый халат с ватной подбивкой на груди и выглядел очень внушительно. Борода с ранней сединой и внимательные глаза внушали доверие. Саша командовал ассистентами, расставлявшими ширмы. Саша в два счета наводил оптику на искомое светило, если только оно маячило над горизонтом, а если нет, моментально изыскивал полноценную замену. Саша важно отвечал на технические вопросы, если какой-нибудь умник ими интересовался. Саша знал магические слова «эклиптика», «летне-осенний треугольник», «красное смещение» и «пояс Гулда». Пациентов он презирал и во время сеансов никогда не заикался.
Если клиент попадался шибко грамотный и склонный к сарказму, угрожающему скандалом, в бой вступала Аллочка, обладающая не только женской привлекательностью и дипломом психолога, но и умением заговорить любого, включая Цицерона, Черчилля и Фиделя Кастро. Как правило, в результате беседы вольтерьянец радикально пересматривал свои убогие взгляды и соглашался пройти полный курс лечения.
Болезни глаз врачевал Альтаир из созвездия Орла – птицы с непревзойденным зрением. Страдающим водянкой и затрудненным мочеиспусканием удивительно подходила желтая