Фильмы-сказки стр. 19
ельнике потерял… Она мне чуть хвост не откусила… Это твоя мама?
— Что вы! Я игрушка. У меня — Таня. Она очень красивая. Она меня все время учит, учит, учит…
— Меня Коля тоже учит всяким штукам. Я уже на задних лапах ходить могу. Смотри! — И Бобик прошелся перед Топтыгиным на задних лапах. — И на передних! Вот так!
Бобик показал.
— Поноску носить, стойку делать, служить — все могу, — хвастался щенок. — Коля считает, что я очень способный!
— А я — нет! — признался Топтыгин. — Таня говорит: у меня в голове опилки… Это правда. Она всегда правду говорит. Вот только брат у нее, Вова, недавно
мне ногу оторвал, потом Таня ее два дня пришивала.
— Твой Вова… Ты знаешь, я понял… Он просто… — И Бобик что-то зашептал на ухо Топтыгину, который понимающе кивал головой.
Вова бегал по полянке, не зная куда идти.
— Ау-у-у! Ау-у-у!.. — громко закричал он, сложив руки рупором.
— Угу-у-у! Ага-а-а! — насмешливо ответил ему кто-то из лесного мрака.
Невдалеке захрустел валежник. Вова замолк, поежился и замер.
— Кто тут? — дрожащим голосом спросил он.
В кустах раздался шорох, писк, и оттуда выскочили несколько белочек и зайчат, которые начали весело прыгать, кувыркаться и гоняться друг за другом.
Не шевелясь, Вова смотрел на них: он боялся спугнуть веселых зверьков.
— Довольно, озорники! — раздался чей-то голос, и перед Вовой появился в сопровождении своей лесной свиты старый Лесник- Лесовик.
— А, старый знакомый! Вова! — приветствовал его старик. — Куда путь держишь?
Вова потупил глаза и шмыгнул носом:
— Не знаю, — тихо сказал он.
— Как так? — удивился дед. — А товарищи где твои?
— Я не нашел их…
— Вот как? А где твой этот… шустрый?
— Убежал… И невидимка пропала. И зеркало и клубочек…
— Так, так… Ну, что ж, провожу тебя до сторожки, а там тебе
домой дорога знакомая. Ты, кажется, в поселке живешь?
— Мне домой нельзя. Стыдно…
— Не унывай, голубь мой, — ласково сказал старик, — еще не все
потеряно. Главное — совесть при себе имей.
— А я… а я… — уже всхлипывая, сказал Вова, — а я и совесть… тоже… потерял!
Лицо старика сразу стало серьезным.
— Вот это плохо. Совесть потерять — хуже нет! Ну, ладно, я еще раз помогу тебе. Только уговор: все слушать, что ни скажу.
Усердно нюхая воздух, Бобик трусил по лесу. Позади него, прихрамывая, ковылял плюшевый Топтыгин.
— Подождите немножко, — жалобным голосом сказал Мишка. — Я не могу идти дальше. У меня…
Бобик остановился.
— Что ты там? — недовольно спросил он.
— У меня все время нога отрывается. Таня ее хорошо пришила, «о нитки…
— В зубах носить тебя я больше не могу. Мне запах опилок чутье отбивает.
— Я понимаю. Но как же?..
— Садись на меня верхом, — приказал Бобик.
Топтыгин неуклюже вскарабкался на спину щенка, и странная пара скрылась за деревьями.
— Вот так и балуют медвежат! Идти он не может! Шлепка ему хорошего! — крикнула с елки вездесущая Сорока.
Старик и Вова вышли на большую поляну, посреди которой одиноко стояла гигантская ель. Ее вершина, казалось, упиралась в облака.
— Вот эта ель тысячу лет стоит, — сказал Лесник-Лесовик и показал на огромный высохший ствол, весь растрескавшийся от старости. — Выше этого дерева нет другого на свете!
Закинув вверх голову, Вова со страхом и удивлением смотрел на