Философия войны стр. 13
(в сознании романо-германца) исход истории будет равнозначен окончательному триумфу Запада, его культурной и политической «эйкумены», над всеми остальными народами планеты. Это, в частности, предполагает, что романогерманские политические, этические, культурные и экономические нормативы, выработанные в процессе истории, должны стать универсальными и повсеместно принятыми, а все сопротивление со стороны автохтонных народов и культур должно быть сломлено.
Концептуальный эсхатологизм европейских наций прошел несколько фаз развития. Вначале он имел католико-схоластическое выражение, параллельно с которым развивались и чисто мистические доктрины, наподобие концепции «Третьего Царства» Иоахима де Флора. Речь шла о том, что романо-гер-манский мир завершит «евангелизацию» варваров и еретиков (в число которых включались православные!) и наступит «рай на земле», более или менее аналогичный повсеместному господству Ватикана, только возведенному в абсолют.
В XVI веке европейский эсхатологизм выразился в Реформации, а позже нашел окончательную формулу в англосаксонской протестантской доктрине «потерянных колен». Эта доктрина рассматривает англосаксонские народы как этнических потомков десяти потерянных колен Израиля, не вернувшихся, по библейской истории, из вавилонского плена. Следовательно, истинными евреями, израильтянами, «избранным народом» являются англосаксы, «золотое зерно» романо-германского мира, это им суждено в конце времен установить главенство над всеми остальными народами земли. В этой экстремальной доктрине, сформулированной в XVII веке сторонниками Оливера Кромвеля, концентрируется в сжатом виде вся логика этнической истории Европы, отчетливо и недвусмысленно утверждается этнокультурный универсализм претензий Запада на мировое господство. Таким образом, происходит уточнение этнического субъекта романо-германского мира. Этим субъектом постепенно и все более отчетливо становятся англосаксы, протестантские фундаменталисты эсхатологической ориентации. Но корень этой доктрины следует искать в католическом Средневековье, в Ватикане. По этому поводу блестящий анализ дал Вернер Зомбарт в книге «Буржуа».
Англосаксы параллельно кристаллизации концепции этнической избранности первыми включаются в два судьбоносных процесса, лежащих в основе современной политэкономии и геополитики. Англия делает индустриальный рывок, первой из европейских держав вступая в промышленную революцию, которая ускоренными темпами приводит к расцвету капитализма и одновременно покоряет морские просторы планеты, побеждая в геополитической дуэли более архаичных, «почвенных» и традиционалистских испанцев. Карл Шмитт прекрасно показал
' Зомбарт В. Буржуа. М., 1994.
взаимосвязь между этими двумя поворотными событиями современной истории .
Мало-помалу инициативу Англии перенимает «дочернее» государство — США, которое изначально основано на принципах «протестантского фундаментализма» и мыслится его основателями как «пространство утопии», как «обетованная земля», где история должна окончиться планетарным триумфом «10 потерянных колен». Эта мысль воплощена в американской концепции Manifest Destiny, которая видит «американскую нацию» как идеальную человеческую общность, являющуюся апофеозом мировой истории народов.
Сопоставив абстрактную теорию «этнической избранности англосаксов» с исторической практикой, мы увидим, что реальное влияние Англии, как авангарда романо-германского мира, на саму Европу и, шире, на весь мир и мировую историю, действительно огромно. А во второй половине XX века, когда США стали де-факто синонимом «западных народов» и символом обоснованности эсхатологического англосаксонского национализма, в наличии Manifest Destiny вообще едва ли можно сомневаться. Если, к примеру, масонско-католический национализм французов, несмотря на возвышенные мифы о «последнем короле», оказался лишь региональным и относительным, то англосаксонская концепция протестантского фундаментализма подтверждается не только поразительными успехами «владычицы морей», но и гигантской гипердержавой — единственной в современном мцре.
Теперь обратимся к «этносу Востока», к евразийцам. Здесь тоже следует обратить внимание в первую очередь на народы, доказавшие свой исторический