Финальная программа стр. 63
Hope in Hell…
Никогда ему не вспомнить, что происходило до того момента, когда он вскрикнул: «Кэтрин!» — а, проснувшись, он обнаружил, что лежит на весьма комфортабельной госпитальной кровати.
— Позвольте спросить, — вежливо обратился он к женщине в униформе, с лимонного цвета лицом, которая вошла чуть позже, — где это я нахожусь?
— Вы в приюте Солнечной Долины, мистер Корнелиус, и вам значительно лучше. Говорят, вы поправляетесь. Друг доставил вас сюда после несчастного случая в той французской увеселительной поездке.
— Вы знаете об этом?
— Я очень мало об этом знаю. Какое-то непонятное оружие сработало неправильно и ранило вас, я полагаю.
— Ах, вот что произошло! А что, все приюты называются Солнечными Долинами?
— Большинство.
— И у меня — самое лучшее медицинское обслуживание?
— Вас ведут три специалиста благодаря затратам вашего друга.
— А кто этот друг?
— Я не знаю имени. Может быть, доктор знает… Я думаю — леди.
— Мисс Бруннер?
— Это имя мне знакомо.
— Осложнений не будет? Когда я буду в достаточной силе, чтобы уехать?
— Не думаю, чтобы вас ожидали какие-либо осложнения. А вы не уедете, пока не будете в достаточно хорошем для этого состоянии.
— Даю вам честное слово: не уеду, пока не поправлюсь. Моя жизнь — это все, что у меня есть.
— Весьма разумно. Есть ли какие-нибудь вопросы с работой, которые вам надо было бы уладить?.. Родственники?
— Я работаю самостоятельно, — самоуверенно заявил он.
— Попытайтесь уснуть, — посоветовала сиделка.
— Мне не нужен сон.
— Вам-то — да, но госпиталем легче управлять, когда все пациенты спят. В этом случае они менее требовательны. А теперь — доставьте мне удовольствие. Стенайте, просите о всяких медицинских мелочах, жалуйтесь на недостаток внимания с нашей стороны или на ужасную работу нашего госпиталя, — только не заставляйте меня смеяться.
— Не думаю, чтобы я смог, не так ли?
— Да, тем более, что это будет бесполезной тратой времени, — согласилась она.
— Ну, тоща я даже мечтать об этом не буду.
Он чувствовал себя посвежевшим и отдохнувшим, и удивлялся, с чего бы это, если принимать во внимание его недавние действия. Возможно у него было полно времени, чтобы перебороть это. Он знал, что боролся с травмой на всех фронтах, и долгое забытье помогло ему в этой успешной борьбе.
Насколько мог, он начал приводить в порядок свою голову. В те недели, что он провел в госпитале, все, о чем он просил, был магнитофон, пленка и беруши, с тем, чтобы не было помех, когда он увеличивал громкость в моменты сильной концентрации.
Фаза 2
6Лучше экипированный для встречи с миром, чем до своего появления в госпитале, Джерри с большой благодарностью пожал руки спасшим его докторам и отвесил грациозный поклон остальному персоналу. Он сел в доставленный ко входу «кадиллак» и поехал через ветхие улицы самых южных пригородов Лондона в направлении деловой части кипучего, бурлящего центра.
Он припарковал машину на Шафтсбери-авеню, в арендованном им гараже, и легкой походкой направился на разведку в свою обычную среду.
Это оказался мир, управляемый в те дни оружием, гитарами и иглами, мир более сексуальный, чем сам секс, мир, в котором правая рука стала основным половым органом мужчины, который только и делал, что размышлял о том, что населению Земли суждено было удвоиться еще до