Фитополис. Город жизни стр. 34
5 тысяч лет назад, то есть спустя 4–5 тысяч лет после зарождения животноводства. Иными словами, люди тысячелетиями употребляли молоко в пищу, не умея переваривать лактозу, что приводило к неприятным, хотя и не представляющим опасности для жизни последствиям, таким как диарея, метеоризм, боли в животе. Затем, вследствие некого экстраординарного события, например голода или эпидемии, люди, которые были в состоянии переварить молоко, получили преимущество и передали эту способность потомкам. Сегодня персистентность лактазы свойственна 80 % населения Европы и их потомкам, крайне редка в Африке и многих регионах Азии и практически не встречается у банту и большей части населения Китая.
Почему переваривание лактозы следует считать преимуществом – сложный вопрос, на этот счет выдвинуто множество гипотез. Одна из самых популярных основана на связи между кальцием, ультрафиолетовым излучением и витамином D. Ультрафиолетовое излучение необходимо млекопитающим для синтеза витамина D, который, в свою очередь, нужен для правильного усвоения кальция, обеспечивающего рост и здоровье костей. Поскольку в высоких широтах мало ультрафиолетового света, у их обитателей ограничен синтез витамина D и, как следствие, снижена способность усвоения кальция. Поэтому для населения Северной Европы возможность потреблять молоко, содержащее как витамин D, так и кальций, была важнейшим преимуществом. По всей видимости, именно поэтому персистентность лактазы следует считать адаптивным преимуществом, особенно в этих широтах.
Способность переваривать крахмал и молоко, значительно расширившие рацион нашего вида, оказала фундаментальное влияние на наше развитие. То, что мы стали теми, кем являемся сегодня, во многом – следствие таких незначительных явлений эволюционной адаптации, недавних в масштабе человеческой истории. Интересно, что оба они – порождения революции, начатой человеком. Благодаря земледелию и скотоводству мы начали производить новые продукты, а благодаря эволюции изменили свой геном, чтобы иметь возможность в полной мере воспользоваться ими. И это лишь первые шаги на пути к новому городскому виду; избирательное давление, оказываемое нынешней урбанизацией, куда сильнее того, что существовало во времена сельскохозяйственной революции.
Одна из ключевых особенностей городов – большая плотность населения. Такой в истории нашего вида еще не было, и возможные последствия этого фактора нельзя недооценивать. Сегодня на площади в несколько квадратных километров проживает столько же людей, сколько раньше занимало куда более обширные территории. К примеру, в 1800 году все население Японии составляло 30 миллионов человек; сегодня это количество проживает в одном столичном регионе Токио. Изучение данных о плотности населения городов подсказывает, что мировой рекорд принадлежит Мале, столице Мальдив, где обитает 79 тысяч человек на квадратный километр, далее следует Манила – 43 тысячи человек на квадратный километр и многочисленные индийские города. Первый европейский город, находящийся в рейтинге наиболее густонаселенных, на десятом месте – Левалуа-Перре в пригороде Парижа, плотность населения там составляет 27 тысяч человек на квадратный километр. Еще никогда за всю историю нашего вида люди не жили так близко друг к другу. И в этом кроется главная причина переворота, приведшего нас к жизни в городе: нам выгодно жить вместе. Близость способствует эффективности почти во всех областях – экономической, энергетической, культурной, социальной и многих других. Быть частью единого многочисленного общества – значит умножать возможности и делить затраты.
Преимущества совместной жизни неоспоримы, но нельзя забывать и о значимых недостатках, касающихся нашего здоровья. Здравоохранение лучше развито в городах, где жителям доступны больницы