Физики стр. 14
Сестра Моника . Господин Мебиус, я не считаю вас... сумасшедшим.
Мебиус (смеется, снова садится). Я себя тоже. Но это ничего не меняет. Моя беда, что мне является царь Соломон. Ведь нет ничего более неприемлемого, чем чудо в царстве науки.
Сестра Моника . Я верю в это чудо.
Мебиус (растерянно смотрит на нее). Вы верите?
Сестра Моника . В царя Соломона.
Мебиус . И верите, что он мне является?
Сестра Моника . Да, что он вам является.
Мебиус . Каждый день, каждую ночь?
Сестра Моника . Каждый день, каждую ночь.
Мебиус . И что он открывает мне тайны природы? Связь всех вещей? Систему всех возможных научных открытий?
Сестра Моника . Да, я в это верю. И если вы мне скажете, что вам являлся и царь Давид вместе со всем своим двором, — я и в это поверю. Я просто знаю, что вы не больны. Я это чувствую.
Тишина.Мебиус (вскакивает с места). Сестра Моника! Уйдите!
Сестра Моника (продолжает сидеть). Нет, я останусь.
Мебиус . Я не хочу вас больше видеть.
Сестра Моника . Нет, я вам нужна. У вас ведь никого на свете нет, кроме меня. Ни одной души.
Мебиус . Поверить в царя Соломона — это смерть!
Сестра Моника . Я люблю вас.
Мебиус беспомощно смотрит на сестру Монику. Он снова садится. Тишина.Мебиус (медленно, упавшим голосом). Вы сами идете к своей гибели.
Сестра Моника . Я боюсь не за себя. Я боюсь за вас. Ньютон и Эйнштейн опасные соседи.
Мебиус . Я с ними уживаюсь.
Сестра Моника . Сестры Доротея и Ирена также с ними уживались. Но затем им пришел конец.
Мебиус . Вы признались в том, что верите мне и любите меня. Вы вынуждаете и меня сказать вам правду. Я вас тоже люблю, Моника.
Она смотрит на него.Больше жизни. И поэтому вам грозит опасность. Раз мы любим друг друга.
Из комнаты номер два выходит Эйнштейн. Он курит трубку.Эйнштейн . Я опять проснулся.
Сестра Моника . Но, господин профессор...
Эйнштейн . Я вдруг вспомнил...
Сестра Моника . Но, господин профессор...
Эйнштейн . Я задушил сестру Ирену.
Сестра Моника . Не думайте больше об этом, господин профессор.
Эйнштейн (смотрит на свои руки). Смогу ли я когда-нибудь еще играть на скрипке?
Мебиус (поднимается, словно для того, чтобы защитить Монику). Вы ведь уже опять играли на скрипке.
Эйнштейн . Сносно?
Мебиус . «Крейцерову сонату». Когда здесь была полиция.
Эйнштейн . «Крейцерову сонату»? Слава богу! (Его лицо на миг просветлело, но потом снова стало сумрачным.) На скрипке я вообще не очень-то люблю играть, и трубку курить терпеть не могу. У нее отвратительный вкус.
Мебиус . Тогда бросьте.
Эйнштейн . Не могу. Я же — Альберт Эйнштейн. (Пристально вглядывается в обоих.) Вы любите друг друга?
Сестра Моника . Да, любим.
Эйнштейн (задумчиво идет в глубину сцены, где лежала убитая сестра). Сестра Ирена и я тоже любили друг друга. Она готова была для меня на все, эта сестра Ирена. Я предупреждал ее. Я кричал на нее. Я обращался с ней, как с собакой. Я молил бежать. Напрасно. Она осталась. Она хотела уехать