Франкенштейн: Антология стр. 512
не подтвержденные сообщения с архипелага Огненная Земля о странном существе, виденном в горах, — существе, внешне похожем на человека, но ведущем себя как животное. Оно якобы убило несколько овец и напугало несколько людей. Музей получает множество подобных писем такого рода, продиктованных либо желанием подшутить, либо жаждой славы, либо чересчур развитым воображением. Надо признать, было несколько сообщений об этом существе, и очевидная связь между их авторами не просматривалась, однако я считал себя человеком науки, которому не пристало слишком доверять подобным слухам.
И все же Смита они чем-то заинтересовали.
— Ну, я точно не знаю. Какой-то вид приматов, возможно. Если вообще что-то есть.
— Великовато для обезьяны.
— Если бы речь не шла о Южной Америке, я подумал бы о горилле…
— Но в данном случае речь именно о Южной Америке, не так ли?
Я промолчал.
— Вы упомянули о приматах. Это явно не мартышка, а также, как выяснилось, не горилла. Что же остается?
— Человек, естественно.
— Да, — отрезал он.
Директор разглядывал меня сквозь дымную завесу.
— Конечно, индейцы в тех местах весьма примитивны, — заговорил я. — Возможно, они на сегодняшний день самые примитивные из людей. Они наверняка очаровали бы Дарвина, бегая голышом при их-то климате и поедая сырые ракушки. Это существо вполне может быть человеком, каким-нибудь отшельником, например, или аборигеном, ухитрившимся избежать контакта с цивилизацией.
— И очень сильным к тому же, — добавил Смит.
— Полагаю, вот и ответ.
— А я отчего-то сомневаюсь.
— Не понимаю…
— Это существо видели несколько местных жителей. Наверняка они признали бы в нем человека, подобного им самим.
— Возможно. Но нет никаких доказательств того, что это нечто отстающее в развитии от человека. А насчет вероятности обнаружить существо, подобное пресловутому йети, вам известна моя точка зрения.
Смит улыбнулся, вежливо, но сухо. Я проводил кое-какие исследования, касающиеся снежного человека, довольно хорошо принятые, хотя мои заключения и были резко негативны. Однако Смит склонен был допускать возможность существования данных особей.
— Я думал точно так же — поначалу, — сказал он.
— Поначалу?
— Я немало размышлял об этом. Особенно впечатлил меня рассказ того полукровки из Ушуаи, как бишь его?..
— Грегорио?
— Да, именно. Едва ли человек способен вообразить себе нечто подобное, не полагаясь на некое истинное событие. Итак, я послал телеграмму своему тамошнему знакомому. Его зовут Гардинер. Он служил управляющим в «Эксплотадоре», когда компания была действительно велика. Уйдя в отставку, он решил, что уже слишком стар, чтобы начинать новую жизнь в Англии, и остался там. Отличный парень, знает всех. В последний раз он очень помог нашей тамошней тюлевой группе. В любом случае он мне ответил, и, по его словам, этот Грегорио — человек, заслуживающий доверия. Так что я задумался, не может ли тут быть что-то большее, чем я предполагал ранее. И потом, с другой стороны…
Трубка его потухла. Потребовалось несколько минут — и несколько спичек, — чтобы снова разжечь ее.
— Что вам известно о Хьюберте Ходсоне? — спросил наконец директор.
— Ходсон? Он еще жив?
— Ходсон на несколько лет моложе меня, — хмыкнул Смит. — Да, он все еще вполне жив.
— Он принадлежит другому времени. В наши дни не особо уважаем, несколько устарел. Но конечно, я читал его труды. Нонконформист, отвергающий традиции и выдвигающий любопытные теории, несокрушимый упрямец в том, что касается