Библиотека

Фурия Принцепса стр. 18

Размер шрифта
-
+
Тема

четком алеранском, — некоторые мои соотечественники могут отреагировать на нее не совсем адекватно. Наше обоняние, как вы заметили, развито намного хуже, чем ваше, таким образом, формулировки, относящиеся к этому, могут трактоваться не так, как это принято у вашего народа.

Варг издал негромкое рычание и пробормотал:

— Не важно, алеранец он или каним, он должен знать, что его запах неприемлем.

Маркус повернул голову к старому седому вождю канимов и по-алерански поклонился.

— Как пожелаете, сэр.

У него в запасе оказалось лишь несколько секунд, прежде чем смущенный молодой офицер издал рычание и бросился на Маркуса, обнажив клыки.

Маркус распознал признаки той болезненно хрупкой гордости, что, как оказалось, были так же широко распространены и часто проявлялись как среди молодых честолюбивых канимов, так и среди подобных им алеранцев.

Маркусу было почти шестьдесят, и он никогда не был достаточно быстр, чтобы справиться с канимом, опирайся он только на свои ощущения — но предусмотрительность всегда обеспечивала куда более надежную защиту, чем одна только скорость.

Маркус предвидел эту вспышку агрессии и тяги к насилию.

В каниме было восемь футов стальных мускулов, клыков и жестких костей, и он весил как два или три Маркуса — но, бросившемуся вперед, ему было не развернуться, и Маркус схватил его за ухо своей мозолистой рукой и потянул в сторону.

Каним извернулся и откатился. Рычание перешло в высокий агонизирующий визг, и он инстинктивно дернулся к источнику боли, чтобы уменьшить давление на свое чувствительное ухо.

Маркус, пользуясь моментом, использовал инерцию движения канима, лишил противника равновесия и, используя их общий вес, ударил того в подбородок, уронив на палубу с зубодробительным треском.

Молодой каним лежал там, потрясенный, его глаза посоловели, язык свешивался из пасти, кровоточащей из-за небольшого пореза.

Маркус поднялся и поправил тунику.

— Обладать более слабым обонянием, — продолжил Маркус так, будто ничего не произошло, — это не совсем то же самое, что услышать от кого-либо, что от него плохо пахнет. Может случиться так, что впечатлительный человек примет это за оскорбление. К примеру, я, являясь всего лишь старым центурионом, слишком медленным, чтобы представлять серьезную опасность в бою, не нахожу в этом заявлении ничего оскорбительного. Меня это не разозлило, и я ничего бы не предпринял, даже если бы расстроился по этому поводу. Но я опасаюсь того, что кто-то менее терпимый и более боеспособный может причинить вам вред, в то время как вы всего лишь стараетесь быть дружелюбным. Вы меня понимаете?

Молодой офицер смотрел на Маркуса невидящими глазами. Он несколько раз моргнул.

Затем его уши дрогнули в едва различимом знаке понимания и согласия.

— Вот и хорошо, — сказал Маркус на грубоватом, но вполне понятном канише, лишь слегка обнажая в улыбке зубы. — Я рад, что вы достигли такого прогресса в попытках понять алеранцев.

— Хороший урок, — прорычал Варг в подтверждение его слов. — Свободен.

Молодой каним поднялся, обнажил горло в знак уважения Варгу и Насагу и неуверенно поплелся из каюты.

Маркус повернулся к Варгу. Каним был великаном даже для представителя своего народа, около девяти футов ростом, и Чистокровный был построен с учетом этого.

Эта каюта, которая для канимов была так же тесна, как и любое другое помещение на корабле, Маркусу казалась огромной.

Огромный каним, чья черная шкура

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.