Галактика. Принцесса и Генерал стр. 108
глаза. Сколько уже можно-то? Но, заметив мою мимику, ухмыльнулся и легонько щелкнул пальцами по маске.
Затем подошел Кшеола и протянул коробку. С благодарностью забрав ее, я вынула глушилку наподобие моей, только выполненную в форме магнитной броши, а не сережки. Глушилки решено было прицепить к скафандрам десантников изнутри, у ключиц, что я и сделала, переходя от одного здоровяка к другому и немало смущаясь, потому что высокие брутальные блондины совершенно не скрывали интереса ко мне.
– Внимание, господа, – громко произнесла я, от волнения перепутав обращение, – брошь беречь как зеницу ока. Запомните: это ваша защита от заразы. Потеряете – и, вполне вероятно, нанаты вернутся ко мне. Всем ясно?
– Так точно, ари!
Я замерла на мгновение, услышав «ари», ведь х’шанцы так обращаются к замужним женщинам. Но, взяв себя в руки, продолжила:
– Каждый из вас входит в облако, расставив руки и ноги. Не дергайтесь. Выходите по команде, дальше место занимает следующий.
Деактивировав глушилку, я приступила к процедуре, к которой готовились последние двое суток. Первым ступил во мрак нанатона х’шет, а через несколько мгновений вышел таким же черным, как и я. Следом за ним обзавелись внешней защитой восемнадцать десантников.
Я удовлетворенно отметила, что мои «мучения» на ниве размножения нанатов не остались без вознаграждения: образовался небольшой остаток, который под насмешливым взглядом Лейса (а впрочем, и других посвященных в суть дела) заставила облепить наш багаж, вернее, груз.
В небольшой шаттл мы погрузились быстро. Меня все время направлял Лейс, остальные действовали единым слаженным механизмом. Ну что ж, вот и начались мои первые в жизни полевые исследования. Или испытания?
Часть третья
– Готовность три минуты! – раздался голос пилота в наушнике.
– Мы последние, поняла? – напомнил Лейс, сжав мою руку.
В скафандре его рука казалась еще больше и внушительнее, а моей костюм не особо помог. Или это по сравнению с мужской она выглядит как детская против взрослой. От страха и волнения слегка подташнивало, сердце стучало где-то в горле.
Шаттл завибрировал, затем словно вздрогнул, и часть команды синхронно встала, приготовившись к высадке. Бойцы двинулись к начавшему опускаться широкому пандусу. Несмотря на нервное состояние, я не могла не оценить слаженность их действий. Мимо нас прошли десять десантников, за ними скользил в полуметре над полом грузовой гравибаг с нашим грузом. Лейс поднял меня с кресла и быстро повел за собой. Остальные восемь бойцов должны будут высадиться гораздо дальше от зоны обнаружения розовой, ближе к космопорту. Ведь нам предстоит выполнить сразу две важные задачи.
Т-234 встретила нас завывающим ветром, серой, забивающейся во все щели каменной крошкой и неприветливым, суровым горным пейзажем. Но именно на
рельеф местности был расчет – наземным службам слежения будет сложнее обнаружить десант. Как нам недавно сообщили на совещании, среди зэков нашлись умельцы осуществлять технический контроль и пеленгование, судя по тому, что первая попытка военных вернуть контроль над космопортом была пресечена еще на подлете к поверхности планеты. И это случилось до оповещения об угрозе заражения розовой.
Неторопливо, размеренно и четко наша группа, покинув плоскую каменную площадку и цепью спустившись вниз, бежала к устью долины. Я вместе с грузом двигалась в середине, под прикрытием грозных вооруженных десантников. Какое-то время смотрела по сторонам на унылые отвесные скалы, а чаще – на крутые, лишенные растительности склоны гор, тянувшиеся