Галерея восковых фигур стр. 155
тех словах, что вы велели ей сказать, — признался он. — Наверное, Дейзи теперь и видеть меня не захочет. Наверное, теперь она достанется мистеру Хорспату.
И он вздохнул с силой пневматического дренажного насоса «Громовержец» и уныло уселся на край ближайшей лошадиной кормушки.
— Я понимаю, что ты чувствуешь, — сказал Орландо. — Не возражаешь, если я присоединюсь?
Дик подвинулся, чтобы дать ему место.
— Ты тоже пострадал от любви, приятель?
— Ещё как, — кивнул Орландо.
Близняшки тоже вскарабкались на ясли и слушали как зачарованные.
Орландо обмахнулся шляпой и приступил к рассказу:
— О да, я был влюблён, совсем как ты, но ни разу мне не хватило духу сказать ей об этом. Я делал всё, чтобы угодить ей: рвал книжки пополам, дробил рукой камни и отбивал лбом пушечные ядра, но никогда не говорил ей, что люблю её.
— Ну, совсем как я! — воскликнул Дик.
— А когда я узнал, что нужно сделать, было уже поздно. Судьба отвернулась от меня.
— Так ты действительно знаешь, что нужно делать?
— Конечно. Теперь-то уж я знаю, как поступить. Да только, как я сказал, уже слишком поздно.
— Так что нужно делать? В чём секрет?
— Секрет любви мне раскрыл испанский акробат в цирке, где я однажды работал. А уж он-то знал это доподлинно, потому что у него было не меньше шести жен. Разумеется, в разных странах. Он сказал, что нужно набрать в грудь воздуха, закрыть глаза, сжать её руку и покрыть её жгучими поцелуями. Примерно с дюжину, говорит. Как только ты это сделаешь, то почувствуешь себя совершенно по-другому. После этого гораздо легче сказать ей о своей любви.
— А ты уже пробовал это?
— Нет, — покачал головой Орландо. — Из-за той бессмертной любви, что я питаю к леди, которой так и не признался, когда должен был это сделать.
Дик кивнул. В его глазах загорелся странный огонёк.
— Глубоко вдохнуть… — повторил он.
— Вот именно.
— Зажмурить глаза…
— Да.
— Сжать её руку…
— В таком духе.
— И покрыть её жгучими поцелуями.
Примерно с дюжину, — хором уточнили близнецы.
— И если ты это сделаешь, — закончил Орландо, — я гарантирую, что ты сможешь наконец признаться в любви, а у неё не останется другого выбора, как только ответить «да», потому что ты сразишь её своей страстью. Попробуй — и увидишь сам.
— Я попробую! — заявил Дик. — Я сделаю это! Ну, спасибо тебе, Орландо! Я так тебе обязан, приятель.
Орландо встал, протянул руку, чтобы пожелать Дику удачи, но отдёрнул её прежде, чем тот успел до неё дотронуться.
— О нет, — сказал силач. — Лучше не надо. Эта рука может сокрушить камни. Смелее, Дик, и пусть тебе улыбнётся удача.
Между тем Бенни прохаживался перед входом в компанию газопроводчиков, поджидая мистера Уиттла. Необычная маскировка, безусловно, делала его неузнаваемым, а кошачья грация движений — почти невидимым. Всего две нервные лошади заржали, увидев его, да ещё, пожалуй, с полдюжины оборванцев, у которых не нашлось другого занятия, принялись насмехаться над размалёванным чучелом с болтающимися рукавами и в бездонной шляпе, но Бенни величественно пренебрёг ими. Сейчас он чувствовал себя тигром, бесшумно выслеживающим добычу, а тигры не обращают внимания на шакалов.
Наконец, в пять минут седьмого, появился мистер Уиттл. Бенни притаился в тени переулка напротив выхода из конторы газопроводчиков и, прищурившись,