Галерея восковых фигур стр. 182
дверям. Ни одна звезда театра или мюзик-холла не могла бы похвастаться столь триумфальным появлением перед публикой, как сержант и два его констебля. Они вошли, тяжело дыша, и втащили за собой большущий холщовый мешок с надписью «Конский навоз от Джобсона» и со стуком положили его на пол.
— Но вы же видите, — воскликнул мистер Хорспат, — это мешок! Обычный мешок!
— Конечно, — ответил Бенни. — А вы хотели, чтобы мы оставили его в багажном отделении прямо в наволочке, что ли?
— Сержант, откройте мешок! — приказал инспектор.
Сержант перестал утирать потный лоб и развязал мохнатую веревку, которой был завязан мешок. Бенни, конечно, знал, что находится в мешке, поэтому не мог не насладиться эффектом, который его содержимое произведёт на гостей. Он никогда в жизни не видел столько широко раскрытых глаз! Сотни людей таращились на мешок. Зрелище потрясало.
— Вот она, инспектор! — сообщил сержант, вытаскивая грязную белую наволочку, а из неё сияющий серебряный газовый ключ на пьедестале из эбенового дерева.
— Серебро! — воскликнул почётный президент компании газопроводчиков. — «Джабез Калькутт», мемориальный кубок!
— Моя наволочка! — вопила миссис Лиза Пирсон.
Из наволочки появлялись всё новые сокровища: огромные серебряные блюда, кубки, бокалы, подносы, солонки. Они сияли, блестели и сверкали, и единственным человеком, которого это не привело в восторг, оказался мистер Хорспат.
На его мертвенно-бледном лбу выступил пот, волнистые волосы повисли над ушами, словно пакля. Но у него ещё достало мужества рассмеяться:
— Ха, ха! Отличный розыгрыш! Надеюсь, вы сможете надолго упрятать этого маленького пройдоху, инспектор. Порочить мою репутацию — дело опасное. Завтра же утром я проконсультируюсь с моими адвокатами.
Принц Уэльский не мог долго переносить отсутствие своей сигары, а последний раз он затянулся двадцать минут назад, поэтому сейчас ему чертовски не терпелось закурить. Как только он поднёс сигару к губам, мистер Хорспат подлетел к нему с зажжённой спичкой в руке.
— Прошу вас, сэр! Позвольте мне! — воскликнул он.
Не успел мистер Хорспат зажечь сигару, как Бенни бросился к нему и вырвал у него из рук коробку со спичками.
— Что ты себе позволяешь? — возмутился мистер Хорспат. — Инспектор, вы только посмотрите! Это же обычный маленький воришка! Тянет всё, что плохо лежит!
Но Бенни его не слушал. Он лихорадочно искал в кармане бумажный свёрток и, достав из него спичку, сравнил её длину с той, что была у мистера Хорспата.
— Такая же шведская спичка! — победно вскричал он. — Мы поймали его! Вот вам последнее доказательство!
И он пустился в пляс, словно безумный.
Принц Уэльский пыхнул сигарой и сказал:
— Когда ты закончишь танцевать, соблаговоли объясниться, юноша!
— Мы нашли эту обгоревшую шведскую спичку под окном в переулке, где вор проник во дворец! Это спичка шведская, она длиннее, чем британская! Мистер Хорспат ездил в Швецию, и точно такой же шведской спичкой он поджёг вашу сигару! Он вор, мы доказали это!
Этого для мистера Хорспата оказалось слишком много. Поняв, что ловушка захлопнулась, он издал дикий вопль и бросился в самую редкую часть толпы, где стоял Генрих Восьмой. Когда мистер Хорспат хотел проскользнуть мимо, прославленный король простёр мощную длань и сгрёб его в охапку. Мистер Хорспат извивался, словно червяк на крючке, и визжал как поросёнок. Но поздно. Он был пойман.
— Куда это вы собрались? — пробасил Генрих
Восьмой,