Гамбиты стр. 95
выстрелил, на этот раз просто в воздух, но я вырвал его пистолет из его рук и отскочил назад, наставив на него дуло.
- Nein! - закричал Старик, и я почувствовал его присутствие в себе: это было как удар молотком по основанию черепа. На какую-то секунду меня не стало вообще: эти два мерзких паразита дрались за обладание моим телом. В следующее мгновение я уже смотрел на эту картину откуда-то сверху - я словно выскочил из собственной оболочки, видел, как Старик застыл на месте, а мое тело мечется вокруг него, как в жутком припадке. Глаза мои закатились, рот раскрылся, как у идиота, штаны были мокры от мочи, пар шел от них.
Затем я вернулся в себя, и Старика в моем мозгу больше не было. Я видел своими глазами, как он сделал несколько шагов назад и тяжело опустился на поваленное дерево.
- Вилли, - прошептал он. - Mein Freund... Я дважды выстрелил Старику в лицо, потом один раз в сердце. Он опрокинулся назад, а я стоял и смотрел на подбитые гвоздями подошвы его сапог.
- Мы сейчас придем, пешка, - послышался у меня в ушах шепот оберста. - Подожди нас.
Через какое-то время вблизи раздались лай овчарки и крики охотников. Пистолет был все еще у меня в руке. Я попытался расслабить мышцы, сосредоточив всю свою волю и энергию в одном-единственном пальце правой руки, даже не думая о том, что я собираюсь сделать. Группа охотников была уже почти в пределах видимости, когда власть оберста над моим телом слегка ослабла, - достаточно для того, чтобы попытаться сделать то, что я хотел сделать. То была самая решительная и самая трудная схватка в моей жизни. Мне и надо-то было только на несколько миллиметров подвинуть палец, но для этого понадобилась вся моя энергия и вся решимость, которые еще оставались в моем теле и душе.
Мне это удалось. “Люгер” выстрелил; пуля прошла по касательной вдоль бедра и ударила в мизинец правой ноги. Боль пронзила мое тело, как очистительный огонь. Оберст был как бы застигнут врасплох, и я почувствовал, как его власть на несколько мгновений оставила мое тело и мой мозг.
Я повернулся и побежал, оставляя на снегу кровавые следы. Сзади раздались крики, затрещал автомат, мимо жужжали пули в свинцовой оболочке, словно пчелы.
Но оберст уже не властвовал надо мной. Я добежал до минного поля и кинулся туда, не останавливаясь ни на миг. Голыми руками растянул я колючую проволоку, ударами ног отбросил эти цепкие щупальца и побежал дальше. Это было невероятно, необъяснимо, но я пересек заминированную просеку и остался жив. И в этот момент оберст вновь впился в мой мозг.
Стой! - приказал он мысленно. Я остановился, потом обернулся и увидел четверых охранников и оберста, стоявших на краю смертельной полосы. Возвращайся, моя маленькая пешка, прошептал голос этой твари. Игра окончена.
Я попытался поднять “люгер”, приставить его к своему виску, но не смог. Тело мое двинулось по направлению к ним, назад, на минное поле, к поднятым стволам автоматов. И в эту секунду овчарка вырвалась из рук державшего ее охранника и бросилась ко мне. Не успела она достичь края просеки, метрах в