Гарри Поттер и три старых хрыча стр. 2
для хорошего продолжения дня ему решительно необходимо было что-то предпринять. Мисс Стрит будет беспокоиться, и за это было стыдно, но мальчик просто должен был это сделать. Гарри воровато оглянулся: мисс Стрит отчитывала дружка Дадли — Пирса Полкисса. По счастью, и Дадли, и мисс Браун отвлеклись на эту довольно громкую сцену, а Гарри, окончательно решившись, оперативно затерялся в толпе и быстро покинул вестибюль. Вход в музей для детей был бесплатным, так что его просто как-то пропустили в залы.
Гарри абсолютно потерял чувство времени, он ходил от экспоната к экспонату, прилипая к стеклу и разглядывая древние египетские мумии, золотые изделия кельтов, статуи североамериканских индейцев и четки династии Тан. Холодом и какой-то потусторонней красотой на него смотрели древнегреческие скульптуры, таинственно улыбались боги древней Индии.
«Поди-ка, этого Хорнеджитефа кузены не обижали! Такого попробуй обидеть! Целый жрец!» — думал мальчик, разглядывая золотую маску со смешными ушами на нарядном саркофаге. Внезапно Гарри как будто провалился в себя. Огромное помещение было сделано из песчаника, в прикрытое циновкой окно заглядывало заходящее солнце. На полу тоже было множество циновок. У одной из стен был расположен смешной низенький стульчик, точь-в-точь как на некоторых фресках из музея. На этом стуле сидел низенький сухой и очень загорелый старик. Он был лыс, лицо сморщено и
похоже на косточку от персика, но плечи были расправлены, и пререкаться с ним совершенно не хотелось. Из одежды на нем была только белоснежная набедренная повязка, а в руках он держал посох, богато украшенный золотом. Старик пристально смотрел на закат, потом повернулся и посмотрел прямо в глаза мальчику. Глаза его отражали заходящий свет и как будто горели тяжелым красным золотом. «Обижали, пока не умерли во славу Анубиса», — спокойно прокаркал он и вернул взгляд к окну.
Гарри помотал головой, стряхивая очень реалистичное видение. «Внутренний саркофаг жреца Хорнеджитефа, Египет, 240 год до н.э.», — ещё раз прочитал он прилепленную к стеклу табличку. Он поёжился. Гарри не очень много знал о древних культурах, но, кажется, добротой они не отличались. На секунду мальчик задумался, а что если бы Дадли тоже так… Ну… Во славу Анубиса… Мальчик пробежался по залу и нашел фреску с соответствующей подписью. Шакалоголовый с хитрым прищуром бог за руку вел человека в белых одеждах к зеленомордому мужику на троне.
По попе как будто прилетел удар плетки из руки человека на троне. «Осирис! На троне Осирис, а не зеленомордый мужик!» — строго прокаркал знакомый голос. Гарри резко обернулся, одновременно потирая попу. Сзади никого не было. Следов на попе тоже не ощущалось. «Побольше уважения к богам, юнец!» — уже не так строго проворчал голос. Вокруг по-прежнему никого не было. «Тебе нужен посох, раз уж хочешь извести родича. Подойди к моему саркофагу!» Гарри всё никак не мог прийти в себя от произошедшего, но медленно вернулся к саркофагу Хорнеджитефа и прижался к стеклу.
— Повторяй шепотом за мной! — приказал голос. — Слава тебе, бог великий, владыка обоюдной правды.
Перед глазами Гарри предстал тот же бог, которого он так неуважительно назвал. Бог был недвижим и просто смотрел в сердце мальчика, но сердце сжималось, как котенок на морозе.
— Слава тебе, бог великий, владыка обоюдной правды, — тихие слова вышли очень проникновенно.
— Я пришёл к