Библиотека

Где правда, там и ложь стр. 23

Размер шрифта
-
+
Тема

я вроде бы свежо и безупречно), я слышала, как Лео тихо разговаривает с матерью. То есть это Лео говорил тихо, а его мать отвечала громко и отчётливо, и я не могла избавиться от ощущения, что она хочет, чтобы я услышала её слова.

– Разумеется, мой дорогой. Просто я считаю её немного… неприметной. Немного посредственной. Такая серая мышка. Ты действительно думаешь, что она тебе подходит?

Ответа Лео я не расслышала.

– Я просто думаю, что ты заслуживаешь кого-то совершенно особенного, мой дорогой, – сказала мать Лео.

Я сглотнула. Собственно говоря, я должна была радоваться, что она считает меня посредственной. Ничего особенного. Потому что сейчас я тратила немало энергии на то, чтобы не быть самой собой – совет Джуди Гарленд и моей матери я просто отбросила. Для своего второго образования в Кёльне, в городе, где меня никто не знал, я хотела всё сделать правильно. Сейчас я была в возрасте других студентов-первокурсников, и я никому не сказала, даже Лео, что у меня уже есть образование геофизика и метеоролога, ну и насчёт клавесина, мандолины, корейского языка, IQ и среднего школьного бала я тоже не распространялась. Я была действительно первоклассным образцом совершенно нормальной, милой девочки, живущей по соседству.

– Расскажи мне что-нибудь о себе, –

сказал Лео на нашем первом свидании.

– Особенно нечего рассказывать, – ответила я. – Я самая обыкновенная девушка.

– Обыкновенная девушка с необыкновенно милым лицом, – сказал Лео, и я покраснела. Отчасти от смущения, отчасти из-за триумфа. (И ещё потому, что я всегда слегка краснела, общаясь с парнями, а Лео казался мне чудеснейшим из всех парней, которых я когда-либо встречала).

Лео мне нравился. Мне нравилась его внешность, его улыбка и то, как он на меня смотрел. Мне нравилось, как он брал меня за руку, и я была всякий раз вне себя от радости, когда он представлял меня как свою девушку. Наконец, наконец у меня был кто-то, для кого я была «его».

А как много друзей у меня вдруг появилось! Лео со своими светлыми кудрями, красивыми зубами и сияющими голубыми глазами был не только самым красивым студентом-юристом (Боже, как он был хорош!), он был ещё и одним из самых популярных. Когда мы стали парой, я сразу обрела двадцать новых друзей и подруг, настоящую компанию, с которой мы проводили праздники, учились, ходили ужинать или в кино и устраивали вечера с играми. Внезапно я оказалась в самой гуще, а не где-то на обочине, как прежде. Никто не считал меня фриком, никто не называл меня Альбертой Эйнштейн и не отмачивал глупые шуточки насчёт мандолины.

Я говорила себе, что будет чистой похвальбой рассказывать о своём IQ, пока меня никто о нём не спрашивает. Или хвастаться иностранными языками. Я убеждала себя, что Лео и его друзья, пардон, мои друзья, будут любить меня и в том случае, если они узнают обо мне всё, то есть познакомятся с моей ненормальной, «фриковой» частью. У меня просто не было повода им об этом рассказать.

Когда ко мне приезжали родители – а они это делали минимум раз в месяц, потому что у них был железнодорожный проездной, а между Ганновером и Кёльном

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.